Снова посетовав на ее чувства к Кукурузнику, я собрался вернуться к маме, и дождаться Виталинку уже внизу. Но когда разворачивался, мой взгляд зацепился за журнальный столик, на котором стоял ноутбук малышки. Но не техника меня заинтересовала, которую к слову я сам ей и купил, а то, что лежало рядом. Небрежно оставленная стопка с черно-белыми снимками.

По телу прошел озноб, я нахмурился и, не желая думать о том, что, возможно, лезу не в свое дело, я в один шаг подошел к столу и замер. Мое зрение меня не обмануло. Это она. Она, моя красивая сексуальная девочка. Моя Мими. Она стояла спиной к фотографу облаченная в легкую прозрачную ткань. Обнаженная, нежная, красивая. Ее голова в пол оборота, и я заметил легкую улыбку на манящих губах.

Схватив фото, взглядом уперся в следующий снимок. Сердце пустилось в пляс не просто от того, что это была моя девочка, меня больше удивило ее… она беременна! Это… мой ребенок или она нашла себе мужика? Черт! Не может быть…

— Никита, что ты…

— Откуда у тебя эти фото? — резко развернувшись к вышедшей из ванной сестре, в лоб задал ей вопрос. — Мия беременна! Это мой ребенок?

— Никит, ты почему здесь лазишь?

— Отвечай на вопрос! — заорал я, понимая, что уже закипаю от негодования. Она знала, моя сестра все знала.

— С чего ты взял, что я буду тебе что-то говорить?

— Потому что у тебя нет выбора! Никуда не выйдешь, пока все не расскажешь!

— Я ничего тебе не скажу, — с испугом во взгляде ответила Виталина и тонкими пальцами сжала мои запястья. Я крепко держал ее за халат, склонившись и смотря прямо в глаза, пытаясь разглядеть в них хоть что-нибудь, кроме ненависти.

— Дети, вы чего крич-чите? — споткнулась на слове мама, а я от огорчения на миг прикрыл глаза, пытаясь немного взять себя в руки. Мама не должна быть свидетелем этой ситуации. — Никита?

— Да, Никита? — зеркально повторила девченка, смотря на меня так, словно я обидел не Мию, а ее саму.

— Ладно… ладно, — я отпустил сестру и в примирительном жесте поднял руки, выставляя их перед собой. — Ладно! Только пусть твоя дочь расскажет, что она от меня скрывает!"

"— Я скрываю? Это я скрываю? — зло прорычала козявка, и запахнув на себе плотнее халат, выпалила первое, что терзало ее душу: — Мама! Твой сын тупо просрал прекрасную девушку, которая теперь ждет от него ребенка и вынуждена жить с мужчиной, которого она не любит! А всю потому, что он, — она ткнула в меня пальцем и завершила свою речь: — Как последний мудак, сказал, что не хочет ни семью, ни детей! А теперь, уйди с глаз долой!

Я стоял по среди комнаты, ошарашено смотря на свою сестру, и не понимал, шутит она или говорит правду. Безусловно, Виталина была умной девочкой, которая не стала бы шутить такими вещами.