Вместо ответа, Ривейла лишь хмыкает и, сделав несколько пассов, направляется к дракону. За спиной тьютора из горшков поднимаются высоченные лозы и стебли, усеянные шипами и цветами. Среди призванных растений я узнаю и атакующие разновидности, и вполне мирные лечащие травы. Только вот размеры у них всех пугают даже меня!

Едва госпожа Осот подходит к первому ряду, как от Миллата отшатывается вся его свора. Выглядит это несколько комично, но атмосфера в аудитории настолько напряжённая, что все присутствующие задерживают дыхание в ожидании развития событий.

— Дар Матери уникален в своём многообразии, — обманчиво ласково щебечет Ривейла, полностью сосредоточившись на Андреасе. — Растения могут быть нам друзьями.

Одна из лоз тянется к тьютору, поднося ей тут же сформированное яблоко. Она надкусывает сочный плод и щурится от удовольствия.

— Попробуй. — Ривейла протягивает второе поданное яблоко дракону.

Миллат хоть с задержкой, но всё же кусает угощение.

— Могут быть врагами, — продолжает ворковать тьютор, в то время как дракон хватается за горло и, развернувшись к аудитории, демонстрирует синеющее лицо.

— Могут быть спасителями.

Госпожа Осот очередным пассом окутывает ближайший к себе куст сияющим зелёными искрами облаком. Листья растения раздаются вширь, и я узнаю в нём животворку, сок которой служит противоядием. Тёмно-зелёные стебли протягиваются к дракону и окутывают его коконом. Миллат сразу же начинает судорожно хватать ртом воздух.

— Дар Матери может дать многое, — заканчивает Ривейла, похлопывая пришедшего в себя Миллата по щеке.

Она отходит от дракона, за ней следуют призванные листья и лозы.

— А новую жизнь он может дать? — хрипло, растирая горло, спрашивает Миллат.

— Нет, конечно, — не оборачиваясь, отвечает тьютор.

— То есть розу Илларии, которая сейчас цветёт и пахнет под стенами гостевого крыла, вырастила не альва Матери? Насколько я помню, схожим даром обладают другие представители вашего народа.

Его вопрос заставляет вздрогнуть не только тьютора, но и меня. Стараясь не показать, насколько сильно испугалась, я закусываю губу и жду ответа Ривейлы. Теперь становится понятно, зачем Миллат вообще завёл этот разговор. И не особенности альвы Матери его интересовали!

— Миллат, отцепись. А то на тебе сейчас ещё что-нибудь из арсенала Матерей испытают, — шутливо произносит Арм, и его нестройными смешками поддерживают несколько адептов из драконов.

Но в остальном народ ждёт, что скажет госпожа Осот.

— Посмотри на Ильке, — шёпотом прошу я Мирру.

Сама я не хочу подставляться и показывать, насколько меня тревожит интерес Миллата.

— На тебя пялится, — вместо Мирры отвечает Лери. — Думаешь, его провокация?

Я молчу. Потому что не хочется в это верить.