- Да, у них там явно какой-то «серьёзный» разговор, - усмехнулась Соня и кивнула в сторону Паши с Никой, о чём-то шепчущихся под деревом.

Этот гуляка тоже год назад определился, и Соня думала, что братцу реально повезло найти адекватную девушку, способную терпеть его стёбный характер и сделать из бабника практически семейного человека. Не испугалась же, мозг вправила, и, вроде, всё у них было хорошо. Соня мысленно держала за них кулачки.

Перед отъездом она подошла к маме, дала финальные ценные указания, хотя этого и не особо требовалось, отловила старшего, чтобы потискать и чмокнуть в вихрастую голову. Потом убежала к организаторам, назначив за себя ответственного до окончания праздника.

Крис - с коротким: «хватит, поехали» - схватил её за руку и повёл в сторону стоянки. Он сегодня не пил, так что и за руль сел сам. Вёл машину аккуратно, пока Соня вытаскивала заколки из укладки, массировала голову, доедала тарталетки с праздничного стола, искала волну на радио под настроение."

"Они заскочили в квартиру переодеться. Только стоило Соне стянуть с себя вечернее платье, как Крис схватил её за предплечье, развернул, толкнул на кровать, где и трахнул почти без всяких прелюдий. А не хрен, он весь день терпел. И до этого несколько дней они тут по-тихому всё делали, потому что дети дома были. Зато сейчас Соня стонала, не сдерживаясь, и он не тормозил, брал так сильно, что изголовье кровати об стену колотило.

После того, как оба отдышались от фееричного оргазма, Крис вскочил на ноги и кинул:

- Пошли.

- Куда? – Соня сдунула упавшую ей на глаза прядь волос.

- Гулять.

- Крис, ты серьёзно сейчас? Я и пальцем не пошевелю, - попыталась возразить, но не тут-то было.

- Что смотришь на меня? Вставай! – отрезал он.

- Но…

- Пойдём, я сказал.

Соня взвизгнула, когда Крис закинул её на плечо и потащил в ванную, где каким-то образом им удалось сдержаться и не пуститься во второй раунд. Так что вскоре они действительно вышли из дома, чтобы бродить по ночному Питеру, центр которого никогда не спал.

Крис чувствовал себя в этом городе, как рыба в воде. Всё было знакомо и привычно. И люди, и атмосфера, и любимая рядом. Можно было посадить Соньку на каменную ограду набережной и целоваться до головокружения практически часами. Всем вокруг было пофиг. Мимо такие же парочки, как и они, проплывали. Увлечённые друг другом, не замечающие ничего вокруг.

Никакого оговоренного маршрута у них не было. Они заскочили в джаз бар на Рубинштейна, потом пошатались по тесным без лишнего пафоса клубам на Думской, успели на кораблик, добежав до ближайшей пристани на Грибоедова, чтобы сидеть в обнимку на корме под пледом, потому что даже летней ночью от воды исходила нехилая такая прохлада.