К моему большому удивлению, погода не менялась, хотя в это время года она была очень капризна. С утра могло светить солнышко, а уже к обеду грянуть гроза. За десять лет проживания в этой части материка я настолько сильно привыкла к столь резким ее переменам, что порой не замечала их. А тут… словно по спецзаказу.

«Спасибо!», - мысленно поблагодарила мироздание.

Шаловливый ветерок обнял меня своими воздушными потоками и с радостью зарылся в волосах, превратив некогда искусно уложенные локоны в воронье гнездо. Рассеявшись, припустила коня, желая вновь ощутить некогда забытую свободу.

Цаарит и Бадэи мы проехали в полном молчании. Это не те города, в которых нам хотелось бы остановиться и отдохнуть. Несколько членов нашего отряда ехали чуть впереди, чтобы позаботиться о ночлеге заранее.

Я была не прочь переночевать и под открытым небом, но помня об усталость матушки и о недавнем поползновении Эйфара Гоара на мою честь, решила не рисковать.

К тому же многие придорожные трактиры совершенно не подходили для благородных танит. В них, по словам Дарка, царили беззаконие и разврат, поэтому мы вынуждены были полагаться на гостеприимство дальних родственников, храмов, а порой и незнакомых нам хозяев поместий.

Будь с нами отец, все было бы иначе. Он бы ни за что не согласился проситься на ночлег к незнакомым людям. Но он далеко, а мы с матушкой окружены хоть и преданными, но все же незнакомыми нам мужчинами.

Наконец, к концу пятого дня, когда мы уже пересекали пустыню, к нам на встречу выехал отряд под сопровождением Данара. Я издали заметила братца и не удержавшись, помчалась к нему на встречу. А как я повеселилась, увидев его вытянувшееся в изумлении лицо, не передать словами.

- Надэя?! Это действительно ты?! О, боги! Как ты выросла и похорошела! – воскликнул он, наматывая возле меня круги на своем белоснежном жеребце.

- Не стоит так удивляться, мой милый братец. С момента нашего отъезда прошло больше двух лет. – Я окинула Данара изучающим взглядом и заметила: - Ты тоже изменился. Возмужал и стал красивым. Только вот бородка портит вид. Слишком уж она у тебя куцая. Но, должна признаться, под ней не видно прыщей.

- Ах, ты! Как была язвой, так и осталась ею!

- Не все меняется, Данар! Мой характер остался при мне, а вот свою юность я успела похоронить со своим мужем.

- Сочувствую тебе, Надэя, но искренне рад, что ты надумала вернуться в Шорхат. Я скучал по тебе и по твоим проделкам!

После его признания я почувствовала, что вот-вот расплачусь. Данар впервые за все то время, что я прожила с ним бок о бок, произнес слова, настолько близкие к признанию в любви. Я ведь всегда считала, что он меня тихо ненавидит и презирает.