Но тот лишь обнял меня и произнёс:"

"- Разве я тебе когда-нибудь лгал, моя маленькая госпожа? Разве я стал бы причинять тебе боль, зная, как ранимо твоё сердце?

Слезы хлынули из моих глаз. Ну почему? За что боги забрали его у меня? Что я сделала не так?

В глазах потемнело и я кулем упала на пол, не в силах больше произнести ни слова. Спасительная темнота укрыла меня своими объятиями.

Следующие дни проходили мимо моего сознания. Я чувствовала, как моё тело обтирают влажными тряпками, как в горло вливают горькие отвары.

Приходила в сознание и вновь уплывала в беспамятство, слыша тихие всхлипы матушки и гневную речь отца.

Знаю, что приходила мать Хасиба и обвиняла меня в смерти своего сына. Она долго ругалась с родителями, пока матушка не пригрозила ей всеми карами небес. Знаю, что наведывался и его величество с королевским целителем, но тот лишь развёл руками и сказал надеяться на лучшее.

В какой-то момент я окончательно пришла в себя и бездумно рассматривала потолок, не понимая, почему я все ещё дышу. Но тут, за стенкой, услышала сквозь гул в голове начавшийся разговор матушки и отца о моей дальнейшей судьбе.

- Когда Надэя достаточно окрепнет для долгого путешествия, я хочу, чтобы ты увезла её домой, в Шорхат.

Я не хочу, чтобы она оставалась в Ашаваре, не хочу, чтобы она жила в трауре по погибшему мужу. Этот город будет напоминать ей о принце, куда бы она не пошла, чтобы она не делала.

- Почему бы её не отправить через портал? Так быстрее и надёжнее, - внесла предложение матушка.

- Исключено, Лейла. Это очень опасно в её состоянии. Магии в ней хоть и немного, но она сейчас находится в нестабильном состоянии. Вам придётся возвращаться морем. Я всё устрою.

- А как же ты? Останешься здесь?

- Да, Лэйла.

Нужно подавить слухи на корню, обелить её репутацию, чтобы наша девочка смогла и дальше жить в Юраккеше. Со мной всё будет хорошо, дорогая. Вспомни наш путь, который занял больше двух месяцев. Без женщин я преодолею его всего за две недели.

- Хорошо, мой господин. Я не хочу расставаться с тобой, но ты прав, нам надо позаботится о нашей дочери. Как только Надэя оправится, мы покинем Ашавар.

Прошло больше месяца, прежде чем я вновь смогла выйти из своей комнаты в Садовом Дворце, куда перевезли меня родители и ещё с месяц я заново училась жить в социуме.

Отец был прав, когда говорил о живущей в Ашаваре знати. Часть из них поддерживала меня, сочувствуя утрате, а часть осуждала и шепталась за спиной. Было и невыносимо так жить, зная, что совсем недавно я была самой счастливой на земле и вдруг, из-за прихоти богов, я стала одинокой вдовой.

Изгоем общества. Прокаженной.

Моя сила вырывалась наружу, грозя снести столицу с лица земли. Бушевали ветра, разыгрывались штормы, трясло землю. Казалось, что этому нет ни конца, ни края.