Фыркнув и сложив руки на груди, я снова усаживаюсь на кровать.

Сам виноват.

Эти высокородные лорды абсолютно несносны! Вот и довели до крайних мер. Что ещё остаётся хрупкой адептке Седьмого факультета?

Кольцо снова напоминает о себе, и в душе у меня возникает непреодолимое желание применить заклинание истины ещё на одном наглом, мутном, мастерски целующемся лорде. Попадись мне сейчас Кристиан, я не удержусь.

– Я жду, Дерил.

Он снова усаживается на стул и, вперив в меня свой сердитый взгляд, начинает рассказ."

"– Джем, никакая опала прошлых веков, никакие запреты не могут изменить того, что мы – Гвидиче. Родовая магия – неотъемлемая часть нас. Можно запретить использовать её в империи, но окончательно она исчезнет лишь с последним носителем. Да, её возможно освоить и чужаку, не относящемуся к нашей семье, но в истинной своей мощи использовать её получится только у нас, и то не у всех. Например, в запретной магии ты сильнее меня. Кассиан прекрасно осведомлен о том, что наша семья сохраняет традиции и знания. Мы не имеем право использовать запретную магию, да. Как и любой житель империи. Однако её же преподают в ЗИМе хоть и ограниченному числу людей, тщательно отобранных и достойных доверия Кассиана. А значит, есть те, кто ей владеет, и те, кто знания перенимает. Зачем бы это, если использовать запретную магию нельзя?

У меня закипает мозг.

– Потому что это дополнительная сила, секретное оружие, и однажды оно может помочь империи, – подсказывает Дерил.

Что ж логично звучит. Как будущий учёный, я одобряю такой подход к знаниям. Только это ни капли не объясняет провалов в моей памяти.

– Хорошо. То, что мы не преступники, меня несказанно радует. Мне не терпится услышать объяснения твоим диким словам.

– Ты знаешь об особенностях родовой магии, просто не сопоставляла её с запретной. Твои навыки в… как это… сохранении магпотоков, потоков времени и другие мелочи, это всё корнями уходит туда. После одного события, напугавшего тебя весьма сильно, ты зареклась использовать запретную магию. Если дословно, ты сказала мне: «Я найду способ вырвать это из памяти». Тогда я посчитал, что речь идёт о самом происшествии. Твоё же нежелание пользоваться родовой магией – это только твой выбор, и никто не стал бы тебя неволить. Именно поэтому тебе позволили уехать в академию, бросив домашнее обучение, которое ничем не уступало даже столичному. У каждого Гвидиче свой путь, так, кажется, говорила Дерина.

Слушая Дерила, понимая, что под заклинанием он не может меня обмануть, я поражаюсь тому, какая сложная паутина сплетена вокруг моей жизни, причём выходит, что часть ее – моих рук дело.

– И что же послужило толчком к такому решению? – сдаётся мне, сейчас я узнаю нечто неприятное.