Бобик заурчал мотором, хрустнул передачей и резво, совсем не по-стариковски побежал по ленточке асфальта.

А я размышлял о том, что автопарк ГОВД явно хромает. Обновить бы его. Вот блин! С каких это пор меня стали заботить проблемы ментов? Их материально-техническое оснащение… Во дела! Чувствовал я себя сейчас немного оборотнем. Из сидельца в мента обращаюсь — правда, временами. И эти времена становятся все длиннее и длиннее.

Николаич разогнал тарантас и на дорожные знаки поглядывал, как водитель «БелАЗа» — чисто из любопытства. Машин мало, а те, что были, почтенно пропускали желтое авто Зарыбинского ГОВД.

Старшина был спокоен и невозмутим, даже когда к нему под колеса хотела залезть инвалидка — машинёшка с мотоциклетным двигателем. Надо отдать ему должное, отреагировал он спокойно. Лишь сделал вид, что плюнул сверху на крышу машины, за рулем которой сидел отнюдь не участник ВОВ, а молодой щегол. Обычно водители ведут себя менее сдержанно по отношению к прочим участникам движения — как некоторые бабушки на скамейке у подъезда: каждый второй то наркоман, то проститутка.

Домчались до школы с ветерком. Это оказалась школа по соседству с моей общагой. На ее стадионе я занимался, здесь же видел как-то Алёну на пробежке.

Я велел ждать и вошел в здание. Тишина. Пахнет свежей масляной краской, распахнутыми окнами и детством. Сейчас, конечно, каникулы, но кто-то же должен быть в школе.

— Опять вы? — раздался знакомый женский голос.

Я обернулся — передо мной стояла Алена Сергеевна. В юбке-восьмиклинке в модную полоску, белой блузке и в пионерском галстуке. Хм… Для пионерки она слишком взрослая.

— И снова здравствуйте, — улыбнулся я. — А как с директором переговорить?

— Она в отпуске.

— С завучем.

— Она на пришкольном участке, на летней практике с ребятами.

— Заместителя завуча, пожалуйста, позовите.

— Нет такой должности.

— Кто здесь старший?

— Я.

— А вы кто? В смысле, вы же не учитель?

— Старшая пионервожатая. А что вы хотели, Александр Александрович? — проговорила она так официально и четко, будто на партсобрании.

— Понимаете, Алена Сергеевна… У нас на допрос, то есть опрос… Ну, в общем, для дачи показаний требуется педагог.

— Педагога опрашивать будете?

— Нет, в присутствии педагога.

— Я педагог. У меня ставка вожатой, и образование имеется — педагогическое училище.

— Извините, но вы не подходите.

Для пущей убедительности я помотал головой. Но Алёна, видно, отступать не привыкла.

— Это почему же? — с вызовом спросила девушка, а я отметил, что решительность ей очень к лицу.

Пока я раздумывал, что ответить, она ответила на свой вопрос за меня:

— Потому что опрашивать будут Андрея?

— Э-э… Нет.