А у самого его края начинается воистину огромная пропасть с темнеющим где-то в глубине полом.

Слова древнего заклинания разносятся по комнате, подхватываемые ветром.

Чувствую, как сила переполняет мое тельце, меняя его и заставляя расти.

Уже могу улыбнуться, чувствуя, как по щекам текут соленые слезы. А губы повторяют снова и снова: «Это сон, просто сон».

19:32

Эльф не так произнес заклинание или результат зависит от того, кто его произносит?

Нет, я, конечно, выросла и теперь похожа на человека куда больше. Но дело в том, что я… стала эльфом! Круто? А вот мне как-то нерадостно.

Ростом с палец, чуть ниже Кнопа, я изучаю свое отражение в стенке одной из колб. Золотистые волосы, пушистым облаком укрывающие плечи, постоянно норовят взлететь вверх. Ярко-алые глазки недовольно сощурены, а когтистые ручки уперты в бока.

Кноп подходит ближе и ошарашенно на меня смотрит.

— И чего дальше? — пискляво уточнила я.

— Не знаю. Но мне ты, такая, очень даже нравишься.

Изучаю счастливую клыкастую улыбку, понимая, что мне как-то нехорошо.

20:41

Учусь летать. Это не так уж сложно, если летал всю жизнь. Эльф постоянно рядом. Изучает, заглядывает в глаза, носит мне колбасу, блестяшки, перышки и прочие сокровища, которые копил все эти дни у меня под кроватью.

Странно, но я теперь резко неравнодушна к блестяшкам. А еще у меня испортился характер. Требую больше поклонения, даров, драгоценных камней и колбасы. Кноп все терпит, кивает, носит колбасу с кухни и смотрит с таким восхищением… что нос не задрать выше просто невозможно.

Шухер! В лабораторию зашел маг. Садится у стены, стучит пальцем по полу и просит вылезать. Это он кому?

— Хватит дуться. Давай вылазь. Тараканом нельзя бегать больше суток.

Эльф дернул за руку и уволок к колбам, заставив там спрятаться.

— Ты чего? — Отбиваюсь, кусая за руку.

Кноп зашипел, но рот мне все равно заткнул.

— Сиггун! Неужели раздавил? Предупреждаю, не вылезешь сейчас — такой и останешься.

Фыркаю и порываюсь что-то сказать, но рот упорно затыкают когтистыми пальчиками, не давая его даже открыть.

Маг нахмурился, что-то пробормотал. По всему «замку» прошел вихрь, и в комнату влетело великое множество тараканов, выстроившихся в ровные паникующие ряды.

— Сиггун!

Тараканы зашелестели, пытаясь разбежаться, но заклятие держало цепко.

— Так… так-так. Ее здесь нет. Неужто из дома сбежала? Вот ведь… не хватало еще ночью за ней по лужайке бегать.

Маг махнул рукой, и все тараканы обратились в пыль, осыпались на пол, покрыв его тонким слоем серого налета.

Мне расхотелось высовываться. Чувствую, как бешено стучится сердечко сжимающего меня в руках эльфа.

Маг вышел. Руку от моих губ убрали.

— А ты чего боишься?

Он нахмурился, но не ответил и снова потянул меня за собой.