Потолок старый и…

И цепь все-таки лопнула, и тяжеленная люстра рухнула вниз, едва не убив мага и подняв целое облако пыли.

Сижу, чихаю, пытаюсь встать.

Из клубов пыли появилась знакомая рука, цапнула меня за локоть и резко дернула вбок.

— Эй!

Затыкаюсь, глядя в сощуренные злые глаза хозяина.

— Ты хоть знаешь, сколько лет этой люстре было?!

Но тут дверь все-таки выбили, и внутрь ворвались два великана под три метра ростом каждый. Ошарашенно их разглядываю, забыв о маге.

Меня дернули за рог, попросили свалить к грыге и, оправив мантию, гордо подошли к столу. Интересно, «грыга» — это кто или что?

— Некромант! Зелья! Ты обещал!

— Я обещал, я помню. Плата вперед…

Отползла вбок, пока эти трое общаются. Эльф что-то вдохновенно пищит с потолочной балки. Пыль почти полностью осела. Подумав, я решила, что свалить будет оптимально, да и не очень-то и хотелось присутствовать при продаже зелий населению. Хотя нет. Вру. Очень.

Интересно ведь, кто там еще стоит за дверью. Может, эльфы? Или гномы… или даже драконы!"

"Цокая копытами, подхожу к стене и нагло сажусь на пол, прислонившись к ней спиной. Некромант хмуро глянул на меня исподлобья, но промолчал, занятый клиентами. Вот и супер. А то чуть что — сразу нервы и истерики. Беречь себя надо. И меня заодно.

Великаны потребовали средство от облысения и при мне же им намазались. Ладони и лбы у этих остолопов тут же стали волосатыми, а рожи удивленно довольными. Каждый заплатил по монетке и ушел домой.

Сижу и вспоминаю, как некромант утром, сидя в ванне, брил ноги моей бритвой. Зрелище было… незабываемым. Плюс я бегала рядом с ведрами, подогревая воду и давая советы в стиле «Как взять себя в руки и перестать психовать».

Вроде не помогло. И да, бреется он уже пятый день, с утра и целиком, после чего еще часа два ходит злой и все норовит по шее дать.

— Следующий!

Перевожу взгляд на дверь. Хоть бы эльф зашел. Всю жизнь увидеть мечтала.

Вошел кто-то длинный, в очках, постоянно съезжающих на кончик носа, и со злобными глазками, страдающими косоглазием.

У мага попросили предъявить бумаги и добавили, что он сильно задолжал за тот год. Некромант кивнул и полез в стол. Косоглазие сместилось в сторону меня, изучая рога, копыта и мою безмятежную рожу.

— Это что? Гомункулус? Это запрещено! — Гость аж подскочил, нервничая и сжимая в руках потрепанную папку.

— Нет. Человек.

— С рогами?

— У нее редкая болезнь. Вот, лечу.

Фыркаю и отворачиваюсь, изучая болтающего ножками эльфа.

— Хм. Что ж, дело благое. Но не забудьте отчисления в казну! Я за всем прослежу лично.

Маг таки вытащил из стола пухлую стопку бумаг, сумрачно кивнул и передал ее очкарику.

Сидим, слушаем шуршание страниц, ждем.

Писк на потолке усиливался. Эльф явно злится, что у него ничего не выходит.

Спустя полчаса бумаги вернули.