Лари покажет, Лари все покажет, не извольте беспокоиться, господин…

Маг, сжав в руке пульсар и погасив его, разом, зашагал вслед за прихрамывающим нищим, оправляя край черного, с синей подкладкой, плаща.

22:20

Сижу в каком-то чулане. Меня сюда зашвырнули, как куль с мукой. Хотели руки-ноги пообломать, но хозяйка запретила «портить товарный вид». Сказала, что так просто она мне отделаться не даст. Ну-ну. Да и потом, в самый ответственный момент принц, отчаявшись дождаться, что кто-то вытащит его из лужи (на него пару раз наступили в суматохе — я сама видела), булькнул, вылез сам и что-то выкрикнул на каком-то там странном языке. Вопли, визги, слезы, уверения. Меня швырнули в чулан и оставили тролля сторожить у дверей. Принц, перед тем как меня совсем унесли, пообещал лично научить меня почету и уважению.

Жду не дождусь. А вот и фигушки. Сажусь в угол, подтягивая к себе пару мешков с мукой, которых тут до фига, и, сложив руки на груди, угрюмо смотрю на полоску света под дверью. Окон нет. Других ходов нет. Все, что могу, — сидеть и смотреть на дверь… Что ж делать-то?

23:14

У меня гениальная идея.

Надо соблазнить тролля. А то маг что-то запаздывает. Наверняка рушит город, выясняя, где я есть. Н-да.

Я даже замечталась на секундочку, плюхнувшись обратно на мешки с мукой и стягивая сапог с застрявшими камушками.

Вот он врывается внутрь — злой, страшный, встрепанный и с пульсаром в каждой руке…

— Где она?!

Маг сурово огляделся. В глазах его пылало пламя самого ада.

— Ты опоздал! — Хозяйка, истерично хохоча, спускается со второго этажа, улыбаясь, как змея.

Н-да, а как это она улыбается, хохоча? Ладно, будем считать, что тетю на почве эмоций слегка перекосило… пожизненно так.

— Ты хоть понимаешь, на кого пошла? — Голос мага похож на сталь, холод заставляет женщину остановиться и пошатнуться от ужаса… и упасть. Ибо сердце разорвалось, не выдержав того кошмара, что полыхал в глазах некроманта…

Но она тут же встала, так как некромант простер над ней свои руки и произнес жуткую формулу воскрешения. И она встала. Н-да.

— Отвечай хозяину, женщина.

— Да, господин, — улыбаясь и склоняясь в низком поклоне.

— Где та, о которой я думал всю свою жизнь…

Так. Как он мог думать всю свою жизнь, если я недавно… С другой стороны, он и воскрес недавно, так что сойдет.

— …Всю свою новую жизнь…

— Здесь.

И женщина указала на дверь подвала. Маг рванул туда, вышиб дверь, взревел раненым зверем, а там… на обрывках мешков, окровавленная и растерзанная, лежала она (ну то есть я), и из глаз ее медленно скатывались по щекам хрустальные слезы.

— Сиггун!

А слезы все катились и катились… миллионы слезинок. Водопады просто. Ибо хотела она выплакать все то, что творили с ней здесь.

И возрыдал маг! И упал на колени! И бережно поднял… ее.