Энн размышляла о будущем, разглядывала снимки, изучала планы этажей и пила чай. Не хватало бокала шампанского, чтобы ощущение праздника стало полным. Но это ближе к ночи."

"В этот момент Энн впервые услышала этот звук. В мире, где она жила, тишина никогда не бывала абсолютной. День и ночь ее полнили разнообразные шорохи, скрипы, стуки и трели, которые давно отложились в сознании Энн. Но этот звук был другой, и он заставил ее вскинуть голову.

Похоже, кто-то топтался на крыльце перед дверью на кухню. Первой мыслью Энн было, что это мистер Палм что-то у нее забыл и решил вернуться.

Но почему бы ему просто не позвонить в парадную дверь?

Энн оглянулась на окно. Но комната была ярко освещена, а снаружи царила кромешная темнота, так что Энн не могла ничего видеть, кроме своей кухни, свечей, чайника и женщины с широко распахнутыми глазами, в которой с трудом узнала себя. Ну почему она не закрыла ставни, когда агент по недвижимости еще был здесь? Почему не упаковала вещи и не устроилась на ночлег у подруги или где-нибудь в гостинице?

Энн встала и затаила дыхание. Теперь она ничего не слышала, кроме обычных ночных звуков.

«Наверное, показалось, – подумала она. – Нервы совсем сдали».

И лучше все-таки закрыть ставни, тогда Энн сможет чувствовать себя в безопасности. Взломать их не так просто, и это невозможно сделать бесшумно. Плохо только, что Энн придется отпереть дверь террасы и выйти, чтобы высвободить створки ставень из кронштейнов на стене, закрыть ими окна и запереть на ключ.

«Ну же, – уговаривала она себя. – Не будь старой истеричкой. То, что ты слышала, тебе почудилось. Там никого нет. Не сходи с ума, ты не можешь такого себе позволить.

Просто выйди и закрой чертовы ставни».

«Дело не только в этом звуке, – возражал другой внутренний голос. – Была машина посреди ночи, несколько раз. И твои нервы и воображение тут точно ни при чем».

Этот внутренний голос Энн решила проигнорировать. Так или иначе, ставни нужно закрыть, а там сколько угодно можно фантазировать и предаваться ужасным воспоминаниям.

Она решительно рванула дверь. Снегопад усилился. На сухой траве в саду уже лежало легкое белое покрывало. Ступеньки террасы тоже присыпало. Энн вгляделась, медленно соображая.

Следы. Толстая подошва. Кто-то топтался здесь в теплых зимних ботинках, и это была не она, когда провожала Люка Палма. Они с агентом спускались в сад, но с парадной лестницы. И снегопад тогда только начинался. Кто-то побывал здесь совсем недавно, в последние десять минут.

От стены дома оторвалась тень. Энн заметила ее краем глаза. Почти как в замедленной съемке, обернулась. Разглядела объемный пуховик и надвинутую на лоб вязаную шапку. «Что он здесь делает? – спросила себя Энн.