Вы уверены, что сумеете избежать встречи с ними? Отсидеться в нашей башне не получится — к утру вернутся мои братья. Их дюжина, и все при оружии. Я не сомневаюсь, что вы оба отличные воины, но братья мои тоже не девчонки с виноградников, и в любом случае шума не избежать. А на шум много кто примчится. Зачем вам это надо?

— Удовольствия ради, — лениво ответил я, выбирая очередной фрукт.

— Господа, удовольствие перерезать мне горло не стоит ваших жизней. Давайте не будем усложнять и ходить вокруг да около: я готов себя выкупить.

— И что вы можете нам предложить? — усмехаюсь, выбрав наконец очередное лакомство.

— Многое. Прежде всего я могу легко вывести вас из города — никто не станет присматриваться к спутникам комиссара ордена карающих. Тем более если вас переодеть в нашу одежду. Лошадей получите хороших — если я даже потом расскажу страже, куда вы направились, догнать будет нелегко.

— Мы и без вашей помощи можем из города выйти. Мы бы так и сделали, но мне нужен Зеленый.

— Сэр страж, вот ведь далась вам эта птица!

— Конфидус, у всех свои слабости. Моя слабость — попугай. Без него я из города не уйду.

— Хорошо, сэр страж. Это тоже можно решить. Не знаю, зачем птица понадобилась герцогу, но Шабен — разумный человек и, не сомневаюсь, охотно отдаст ее вам. Особенно если просьбу подкрепить чем-нибудь дорогостоящим. Например, деньгами. Сэр страж, взгляните на содержимое вон того шкафа. Думаю, средств в нем хватит на покупку не одной сотни попугаев, да и вам останется кое-что — не с пустыми руками придется уходить. Будем считать это маленькой компенсацией за причиненные неудобства. Вы взгляните! Взгляните! Тайник хитроумный, но откройте дверцу — и я объясню, что дальше делать. Там не только монеты — есть еще и разные интересные вещи. Особенно для ордена вашего интересные.

Подниматься было откровенно лень — разомлел от переедания. Но намеки инквизитора заинтересовали: это что же там такое, интересное для стражей? Встал и как дурак покорно направился в ловушку.

Последние мозги потерял…

Шкафа открыть не успел. За спиной зазвенели цепи, вскрикнул епископ, что-то отрывисто треснуло, и пол подо мной провалился.

Не везет мне в этом мире с полами…

* * *Я еще не успел осознать, что, собственно, происходит, как тело начало работать независимо от разума. Левая рука встретила лишь пустоту, но правая в отчаянном рывке дотянулась до чего-то деревянного, раскачивающегося, и каким-то чудом ухитрилась уцепиться за эту сомнительную опору.

Затем наконец заработал разум — я понял, что болтаюсь на створке распахивающегося вниз люка. Под ногами мрак, но хорошо помню, что потолки в комнатах младших инквизиторов очень высоки — не меньше пяти-шести метров.