Не знаю, чем бы все это закончилось… Наверное, группы, подобные моей, не дотянули бы до следующей зимы. Но все изменилось в последние дни весны: опять пожаловали ортарцы. На этот раз они пришли не для разведки — целая армия заявилась. Странно, но она продвигалась на восток без потерь, легко разрушая замки темных. Мы сумели захватить в плен двух дозорных, и они рассказали, что перерожденные вышли из долины, за одну ночь домчались до границы и там, в сражении у реки, все погибли. Самые опасные противники были уничтожены — теперь ничто не мешает ортарцам захватить Межгорье. Я не сразу поверила в новости — как поверить в то, что такие сильные твари погибли в столкновении с простой пограничной стражей? Но потом поверила — ведь армии никто не мешал выжигать нашу долину. Они без труда справлялись со слабыми тварями, давя их количеством. Нам от этого легче не стало: солдаты тысячами прочесывали леса и холмы. У них были собаки и следопыты, они забирались туда, куда не было ходу всадникам. Уцелевшие группы гибли одна за другой.

— Пленных ортарцев вы убили? Это твои люди их на крестах развешивали? — напряженно уточнил Дирбз."

"— Нет… И да, и нет… Когда армия пришла, мало кто из наших рвался с ней воевать. Мы очень устали… потеряли силы. Апатия какая-то охватила всех от перенесенных лишений. Даже мне не хотелось продолжать войну — хотелось забиться в укромную нору и сидеть в ней до самой смерти. Я не стала воевать. А с пленными теми… В тот день я с Альриком поссорилась в очередной раз. Он хотел их казнить, а я приказала отпустить. Хотела, чтобы они передали офицерам послание. Послание было простым и угрожающим: я говорила, что убью их всех, одного за другим, если они попробуют до нас добраться. Покоя хотела… Но Альрик поступил иначе — он убил этих солдат, а тела их приколотил к крестам. Ему помогали те, кто наслушался лжепророков, и обезумевшие люди. Я прибежала, когда было слишком поздно. Наорала на него, даже ударила, но меня скрутили его люди. Только тогда поняла, что они теперь в большинстве, — тех, кто с ними не согласен, осталось мало, и еще меньше среди них было таких, которые открыто возмущались. Моя апатия привела к тому, что лидером стал Альрик — постепенно прибрал отряд к рукам. Глупый Альрик… На волне авторитета, которым пользовалась моя группа, он ее усилил за счет таких же фанатиков, как и сам, после чего начал нападать на мелкие отряды ортарцев. Люди за ним пошли, признав вожаком, вот только ума у него больше не стало, а осторожность и вовсе растерял. Два раза ему удались засады — он даже несколько обозных телег разграбил: люди тогда впервые за полгода смогли наесться. На третий раз в засаду угодил уже он. Я со своими самыми преданными людьми не лезла в бой — мы просто ходили вслед за шайкой Альрика.