– Ты чего так медленно едешь, Ди? Мы так к завтрашнему дню до дома не доберемся! – Недовольное сопение Даши прервалось ее же раздраженным вопросом. Я ответила таким же тоном:

– Знаешь, Даш, если бы я не слушала твоих глупых советов, то не свернула бы на предыдущей развилке и мы бы не заблудились. Доставай карту, убогая.

– Эээ… какую карту? – донесся неожиданно неуверенный голос подруги.

– Дорожную карту! – уже зверея, рявкнула в ответ.

– Хм… ты меня прости, Ди, но ту бумажную карту я использовала вчера вечером. А что?.. Я тебе уже давно говорила: «Заведи пласткарту: и не испортишь, и не надо глаза напрягать, пальцем водить». А ты: «Раритет, раритет! Это круто, не как у всех!» А вот теперь сиди и веди себе машину молчком неизвестно куда – зато круто и не как все.

Я остановила авто посредине абсолютно пустынной разбитой дороги, в шоке уставилась на подругу и начала закипать от злости. На ее бледном лице ярко горели синие, сейчас круглые глаза, которые тщетно пытались изобразить святую невинность.

– Так ты нашу единственную карту вчера на растопку пустила, да? – зашипела я в бешенстве. – А я-то думаю, что так воняло? А это антиувлажнитель испарялся… Знаешь, кто ты после этого, подруга? Ты… ты… террористка! Причем недоделанная! Таких, как ты, надо к врагам засылать, нет, забрасывать, как самое страшное оружие! Враги через сутки тебя обратно возвращать придут, причем с белым флагом и с самой огромной контрибуцией. Лишь бы обратно забрали такой подарочек!

Дашка насупила черные, выщипанные идеальными дугами бровки, скрестила руки на небольшой груди, потом смущенно ухмыльнулась, покусывая довольно пухлые губы и демонстрируя небольшие белоснежные зубки, и заискивающе прощебетала:

– Ди, ты же все равно меня любишь, да? Не бросишь на произвол судьбы и не оставишь без пожизненного присмотра меня, такую неразумную? Да ты и сама не подарочек, зануда еще та!

Слушая подругу и наблюдая за ее кривляньями, ужимками и неутомимым поиском самых умилительных рожиц, которые подействовали бы на меня и разжалобили, почувствовала, что злость улетучивается и меня банально начинает разбирать смех. Дашка, какой бы непредсказуемой она ни была, все же чудо и к тому же моя единственная подруга! И я люблю ее несмотря ни на что."

"Успокоившись и помирившись, мы тронулись в путь. Несмотря на зудящее, покусанное комарами тело, кучу пережитых неприятностей и весьма общее представление о том, куда мы направляемся, вскоре уже дружно орали под музыку, льющуюся из динамиков, и наслаждались солнцем и встречным ветром, который упорно пытался залететь к нам в салон. Энергия после предрассветного унылого провала била ключом, солнце ярко светило и слепило глаза, невзирая на очки и солнцезащитное покрытие лобового стекла.