– Куда ты так торопишься? Парня себе завела? – ворчит отец.

– Возможно, – отвечаю уклончиво.

– Когда познакомишь?

– Пока не знаю. Не хочу торопиться.

– Ты меня прости, дочь. Не хотел я тебе жизнь осложнять. Эту идею с Евгением мне ведь Кира внушила. Сам бы я не додумался.

– Я догадывалась, – вздыхаю.

– Она неплохая, но стерва. Везет мне на таких, – морщится.

– Все в прошлом, пап. Я тебя простила. Зато научилась отстаивать свои интересы, – подхожу и обнимаю родителя. Чувствую снисходительность, смешанную с нежностью. Облегчение, от того что признался. Может это неправильно, но его откровение важно для меня.

Смириться с жестокостью Киры, совершенно чужого для меня человека, куда проще. Хотя это не снимает с отца вины и ответственности. Главное, что они не додавили меня.

Прощаюсь, вызываю такси. Обещаю, что обязательно заеду на днях. Отец выходит меня проводить до машины. Выглядит очень неважно, мне не по себе.

**

Оставшиеся часы я готовлюсь ко встрече с любимым. Принимаю ванну, делаю маску, лежу расслабленная в пене. Наношу легкий макияж, сушу волосы и выбираю платье. Ворох одежды на кровати – перебрала буквально все! Выбор останавливаю на светло-сером струящемся свободного покроя платье до колен.

В нем я чувствую себя максимально комфортно. Не хочу делать сексапильный образ, боюсь переборщить. Мой мужчина и так меня хочет, зачем провоцировать? Интуитивно догадываюсь, что Кай предпочитает умеренность.

Сразу, как только вижу его на пороге, читаю по взгляду, что не ошиблась. В нем одобрение и восхищение.

– Выглядишь отпадно."

"– Ты тоже, – пищу в ответ, повиснув у него на шее. Не могу сдерживаться, меня примагничивает к нему. Вдыхаю самый вкусный в мире запах.

Сильного, властного мужчины. Снова окунаюсь в эйфорию, что нахожусь с ним рядом. Кай тем временем мнет мои ягодицы, тихо рыча. Льну к горячему телу все сильнее, к твердым губам, целую первой, впускаю в рот жадный язык. Наши поцелуи влажные, одержимые. Скребу пальцами ворот рубашки. Кай подхватывает меня под ребра, сажает на комод в коридоре. Целуемся так, словно нам угрожает смертельная опасность, и соединение губ – единственное спасение. Источник жизни. Впадаю в беспамятство, покрываю поцелуями подбородок, шею любимого. Скольжу пальцами по скулам с легкой щетиной. Руки Кая шарят по моему телу, забираются под платье.

Кай первым отстраняется. Заглянув в его глаза, замираю. В них плещется такой силы яростное желание, что сшибает с ног. Страха нет, скорее ступор. Я мечтаю утонуть в этом желании. Познать его до самого конца.

– Так мы едем ужинать? – звучит хриплый вопрос.

– Я очень голодная! – выдыхаю.

Это правда, за весь день только пару ложек супа в себя влила, когда у папы готовила.

– Тогда мне нужна пауза. Иначе минимум на час тут зависнем, – усмехается.