Что-то опалило мою щеку, а затем, к своему удивлению, я ощутила, что чужая магия отступает. Точнее, что чужих магий стало две.

Сначала я приоткрыла один глаз, а потом удивленно распахнула ресницы. Такого я еще никогда не видела. Огонь чуть более темного цвета стремительно теснил магию моего учителя. Наконец, пламя вокруг меня погасло, а позади раздался голос:

– Что здесь происходит?

Я развернулась, чтобы лицезреть своего нежданного спасителя.

Этот мужчина тоже был высоким. Только полной противоположностью Ару - лысый, с морщинистым лицом и седыми усами. На его шее висел такой же круглый медальон бессмертного.

Секретарь начал лебезить:

– Магистр Ару не выполняет ваши приказы, господин ректор. Он уже принял девушку и подписал все бумаги, произнес нужную формулу, но передумал…

Ректор? И тоже огненный бессмертный. Как бы упросить его меня принять? Я с надеждой заглянула в серые глаза. Мне ответили внимательным взглядом, после чего он протянул руку и потребовал:

– Ваши документы, леди Суру.

Я поспешно вручила ему бумаги. Ректор убедился, что подписи на месте. Затем он поднял взгляд на моего учителя и произнес:

– Не отлынивай от работы, Рой. Здесь стоит твоя подпись. Значит, тебе ее и учить.

– Я не видел ее волосы, - в бешенстве ответил Ару. - Вы в своем уме?! Это Суру, что она будет делать здесь без огня?

– Проходить магическую практику, - твердо ответил ректор и сунул документы под мышку. - Под твоим руководством. Дело Греймонов тебе передали, ознакомься на досуге. Проводите девушку в общежитие, Стейн.

С этими словами ректор удалился. Секретарь подобострастно поклонился ему в спину и поманил меня за собой. Я поспешила следом не оглядываясь. Бешеный взгляд Ару я чувствовала, пока холл не скрылся за поворотом коридора. Надеюсь, он меня все-таки не убьет.

Шейервальд всегда казался мне унылым местечком, и я мечтала оказаться в богатой и престижной Академии. Эйехон слыл именно таким. Но изнутри не мог сравниться даже с простоватой северной красотой Шейервальда.

Больше всего оплот огненных магов напоминал монастырь. Темные, холодные и совершенно пустые коридоры. Ни единой картины, ни одной статуи. Вскоре мы оказались перед небольшим столиком, на котором горела одинокая лампа. Больше вокруг никого не было. Секретарь огляделся, а затем решительно ударил кулаком по столу и рявкнул:

– Валисий!

Откуда-то снизу донесся раздраженный мужской голос:

– И снова Валисий! Только пристроил всех, как снова нужен Валисий…

– У нас опоздавшая, - пояснил секретарь. - Посели куда-нибудь.

На стол вспрыгнул белый полупрозрачный шпиц ростом примерно мне до колена. Пес-призрак? О подобных существах я только слышала, и теперь с интересом рассматривала пришельца.