Признаюсь, я кричала от восторга. Моя шаль размоталась и летела позади нас — она зацепилась за украшение на платье. Волосы выбились из косы, но…

Это было упоительно. Как можно променять такой полет на унылую тряску в ландо?!

«Зови, крылатая, если мы будем здесь — придем», фыркнул пегас и стрелой взмыл в небо.

— Как жаль, что у нашей семьи нет политического веса, — с тоской произнесла Тина. — Их мир распадается, магия покинула его. Кому надо избавится от пегасов?

— Не знаю, — я с тоской посмотрела в темное небо, — но уверена — не обошлось без золота.

— И первым ударом было то, что с пегасами запретили заключать договор компаньонства, — рыкнул Гамильтон.

— Так давайте же сделаем для них что-нибудь хорошее? — загорелась я.

— Тебе не жаль конячек?! Им и так досталось, — возмутилась Тина. — И они молодцы, посадили нас на крышу дворца невест. Осталось только как-то попасть внутрь и все.

— Или остаться здесь до утра и соврать, что нас тут просто забыли, — добавил Марон.

Мы обследовали резную крышу и нашли только одно — спуск на балкон все той же многострадальной музыкальной гостиной.

— Ну так откройте, — возмутилась я, глядя на друзей, — вы же маги!

— Но не взломщики, — обиделся Марон.

— Да там простое заклятье, — фыркнула я. — Давай я объясню.

— Журжик, — вспомнил вдруг Гамильтон, — умеет выполнять приказы и, к тому же, прыгуч и ловок, как живая крыса.

Прежде чем я успела возразить, мой компаньон плюхнул толстый зад на мрамор, вскинул брылястую морду к небесам и завыл. А его вой… Так бесы в Подземье орут — страшно, громко и противно-пронзительно.

Темный парк начал отражать яркие огни — невесты проснулись и спешили узнать, что за напасть приключилась среди ночи.

— Я позвал его, — довольно облизнулся Гамильтон, — скоро прискачет.

— Иногда мне хочется поддаться искушению и сказать: «Я не с ними», — с ноткой тоски произнес Марон и добавил, — но я всегда давлю в себе это недостойное чувство.

3.7

— Да ладно, — отмахнулась Тина, — все мы немного неидеальны.

— Я бы попросил не обобщать, — холодно произнес Гамильтон. — Но все вы да, бесспорно, неидеальны.

Где-то в глубине дворца раздался дикий истеричный визг.

— А может мы туда не хотим? — неуверенно спросила Тина. — Может, там что-то страшное? Пусть грызет тех, у кого есть деньги на хорошего целителя?

Потерев переносицу, я рассудительно произнесла:

— Дворец полон нежных девиц в состоянии легкого умственного помрачения. Мы же ради этого здесь присутствуем — чтобы они могли сравнивать себя со мной и радоваться. И…

Тут я замялась, не зная как сказать, что продолжала экспериментировать над Журжиком.