После того как медсестра смазала грудь пациента Бетадином, Джейн проколола его кожу и, двигаясь в теле пациента, сделала отверстие в перикардиальном мешочке, вытянув оттуда сорок миллилитров крови, чтобы облегчить перикардиальную тампонаду. В то же время, она отдала приказы подготовить операционную, двумя этажами выше, и держать под рукой дежурную команду кардиологов.

Она отдала шприц медсестре.

— Глянем на брюшной отдел.

Машина определенно вышла из строя, так как снимки вышли не такими ясными, как она предпочитала. Они, однако, показали хорошие новости, которые подтвердились, когда она пальпировала зону.

Основные внутренние органы не повреждены.

— Окей, кажется, живот в порядке. Повезли его наверх, немедленно.

На выходе из «спуска» она заглянула в другой бокс, где Эстевез работал над медсестрой.

— Как она?

— Приходит в себя. — Эстевез покачал головой. — Сердце стабилизировалось после дефибрилляции.

— У нее была фибрилляция? Господи!

— Как у парня с телефонной станции вчера. Будто ее ударил сильнейший поток электричества.

— Ты позвонил Майку?

— Да, ее муж уже едет.

— Хорошо. Позаботься о нашей девочке.

Эстевез кивнул и посмотрел вниз на свою коллегу.

— Обязательно.

Джейн нагнала пациента, когда персонал катил его по «спуску» в лифт, ведущий в хирургический комплекс. Этажом выше, она начала готовиться к операции, пока медсестры перекладывали его на стол. По ее просьбе приготовили торакальный хирургический набор и аппарат искусственного кровообращения, а ультразвук и рентгеновские снимки, сделанные внизу, уже высвечивались на мониторах.

Надев хирургические перчатки и держа их подальше от себя, она снова просмотрела сканы груди.

По правде говоря, оба снимка были низкого качества, зернистые с этим эхо, но этого было достаточно, чтобы сориентироваться. Пуля застряла в спинных мышцах, и она собиралась оставить ее там: риск, присущий ее удалению, выше чем, если оставить ее в покое, и по правде, большинство людей с пулевыми ранениями покидали «спуск» со свинцовыми трофеями, где бы они не были.

Джейн нахмурилась, наклоняясь ближе к экрану. Интересная пуля. Круглая, не стандартной продолговатой формы, какие она привыкла видеть внутри своих пациентов. Но, кажется, сделана из обычного свинца.

Джейн подошла к столу, где пациента подсоединили к наркозному оборудованию. Его грудь была подготовлена, область вокруг укрыта хирургической тканью. Оранжевый слой Бетадина напоминал некачественный автозагар.

— Никакого шунтирования. Не хочу терять время. Скажи, у нас есть кровь для него в наличии?

Одна из медсестер слева заговорила.

— Есть, но не определена группа его крови.

Джейн оглядела пациента.

— Нет?

— Показатели пришли неопознанными. Но у нас есть восемь литров нулевой.