— Говоря по-научному: постстрессовый синдром, а по-простому: отходняк обыкновенный.

Фигня! Впрочем, ты сам про это подробно и прекрасно знаешь. Пройдет. Я с ними полечу, проконтролирую. А ты, Игорь Николаевич, давай домой, душ и грамм сто коньяка на грудь. Сразу полегчает!

— Нет, — отказался от заманчиво манящей перспективы Власов, — за вами поеду.

— Точно сбрендил! — утвердил предположение Кондратьев. — Куда поедешь? Ты весь в кровище, в грязище с ног до головы, да и в таком состоянии тебе за руль нельзя! Хватит с нас сегодня происшествий!

— Да, — осмотрев себя, с удивлением согласился Власов. — Помыться не мешало бы.

Дашка все еще находилась в операционной."

"Власов успел добраться домой, сам не помнил как — на силе воли и с помощью такой-то матери. Долго отмывал в душе въевшуюся в поры, в волосы засохшую кровь и грязь, постоял под контрастным душем, выпил обжигающий крепкий кофе, побросал в сумку вещи. И вместо положенных двух часов на приличной скорости до областного центра доехал за полтора. Ни разу не посмотрев на спидометр, пропускаемый всеми гаишниками по пути.

И вышагивал у дверей операционного отделения, стараясь заткнуть тревожные мысли, предположения худшего и страхи за Дашку.

Белой скромной мышкой из дверей выскользнула молоденькая медсестрица, та же, которая уже выходила к нему, когда он приехал, сообщить новости об операции.

— Игорь Николаевич, — пролепетала тоненьким голоском скромняшки. — Меня Антон Иванович послал сказать, что операция продлится еще как минимум час. — И заспешила, чуть повысив голосок: — Но Антон Иванович просил передать, что все идет хорошо, осложнений нет!

— Спасибо, — сухо поблагодарил Власов.

И заставил себя добавить обходительной мягкости в голосе.

Все! Мозг врубился на привычный ритм работы, анализа, оценки обстановки и принятия решений.

— Машенька, я правильно запомнил? — намекнув губами на улыбку, спросил он.

— Да, — слегка зарделась девица.

«Как таких блеющих в хирургии-то держат?» — раздражился Власов, но тон заданный выдержал:

— Маша, скажите, здесь есть где-нибудь поблизости приличное кафе или ресторан, где можно перекусить?

— У нас очень хорошее кафе на первом этаже! — оживилась хирургическая девуля. — Частное. Там очень прилично готовят.

— Машенька, а вы не могли бы оказать мне любезность и принести оттуда пару бутербродов и кофе, или что там еще есть? — И, узрев меняющееся выражение ее лица на недовольное, поспешил предотвратить отказ: — У меня никаких сил нет, честное слово.

Эту лабораторную мышь явно не следовало информировать, что он не собирается отходить отсюда, пока не дождется конца операции и не узнает, как там Дашка.

— Хорошо, я схожу, — подобрела медсестрица, демонстрируя интерес к Власову.