Серек кивнул, и мы продолжили кушать в абсолютной тишине. После обеда, как и планировалось, я проводил друзей до дирижабля. В конце августа в земли Макарова прилетит дирижабль и заберёт меня. После чего я несколько дней побуду в Балакина, а после вместе с Балакиными полетим в столицу.

И стоило дирижаблю подняться слуга передал мне, что меня вызывает леди Тьер.

— Мама, ты звала меня? — спросила я.

— Ты и сам знаешь ответ, раз пришёл сюда, — с долей раздражения ответила она. Показав мне взглядом на кресло напротив неё, она продолжила. — Прежде чем мы перейдём к основной теме разговора, ответь на вопрос, только честно. — Я кивнул. — Скажи, ты до сих пор считаешь, что Ронак Ка Балакин хорошая партия для твоей сестры?

Немного подумав, я ответил.

— Зес мой друг…

— Мы говорим не о нём. Будь Зес магом, я сама бы подумала насчёт того, чтобы стать одной из его жён, — серьёзным тоном сказала Эмери, чем немало удивила меня. — Рот закрой, муха залетит! — уже более ласковым тоном продолжила она.

— Ты сейчас серьёзно?

— Это ненужный вопрос, Зес никогда не сможет стать с магом, — отрезала она, и чуть подумав. — Этому нигде не учат, но маги огня и воздуха имеют особенную совместимость друг с другом. И это касается и кроватной плоскости.

Пока я переваривал услышанное, она подошла к полкам с книгами и начала там что-то искать. И уже через пару минут она положила передо мной потрепанную книгу, на обложке которой я прочёл: «Истинность желаний».

— Что это? — спросил я.

— Тебе приходилось спать с магессой? — спросила Эмери, при этом внимательно смотря на меня.

— Нет, — ответил я.

— А Инесса? — чуть подавшись вперед, и следя за моими глазами спросила она.

— Это сын Анри. Я никогда не был настолько близок с Инессой, — ответил я.

Эмери несколько секунд смотрела на меня, после чего обратно откинулась на спинку кресла.

— Это многое облегчает, — произнесла она наконец. — Сказать честно, очень редко при союзе огненного и водного мага рождается водный. В свете последних событий я должна была задать этот вопрос.

Теперь стало понятно, почему Анри так сильно пытал меня насчёт близости с его женой.

— Так Ронак и Мария…? — начал понимать к чему вела Эмери.

— Ронак неодаренный. Его и так всё будет устраивать. Что касается Марии, то это её выбор. Когда я спрашивала её насчёт помолвки, она уже знала про то, что написано в этой книге, — показала она на стол. — Однако я задала тебе вопрос не из-за этого. Что ты думаешь о Ронаке?

Немного подумав я стал отвечать.

— Он несамостоятелен. Можно сказать, ведомый. — И чуть подумав дополнил. — Если в начале отношений с Марией это будет не так заметно, то потом всё может измениться, — ответил я.