Думаю, мне не нужно объяснять почему?

Все согласно кивнули. Около часа мы обсуждали детали, согласовывали план. И когда я собирался покинуть кабинет Серека, услышал его слова, сказанные ворчащим тоном.

— Ярар, почему все дети как дети, а ты ищешь приключений на задницу? Да таких, что их приходится разгребать всем родом.

— Не забывай, что почти всё, что я сделал, усилило род! — возразил я. — К тому же я не заметил, чтобы создал тебе или матери неприятные хлопоты. И хочу напомнить благодаря кому мы отомстили Щеглову. Благодаря чьим изобретениям и способностям, — осветил я изумрудным светом комнату, — у нас есть деньги на политическое и военное укрепление наших позиций!

Дед махнул рукой, как бы говоря «иди уже».

— Думаешь стоило так говорить? — спросил меня Зес, когда мы спускались вниз. Сейчас мы шли на тренировочную площадку, где Ронак, Тимофей и Безруков упражнялись с клинком.

— Решил напомнить ему, что не нужно вспоминать о моём возрасте, когда ему удобно. А то, как принимать сложные, назовём их взрослые, решения, так я взрослый. Но как доставляю хлопоты, сулящие большие барыши, так я снова ребенок. Разве ты не чувствуешь несправедливость?

— Хм, — задумчиво произнёс Зес, — я не смотрел с такой стороны. Больше у меня вопросов нет.

— Когда ты и Анри отбываете? — спросил я.

— Завтра на рассвете. Я бы может и попозже уехал бы, но Анри рвётся домой, ссылаясь на то, что у него много дел, — ответил Зес.

Через сорок минут разминки на меня наседали одновременно Тимофей, Ронак и Безруков.

— Ярар, не позволяй им обойти себя, — раздавал советы наблюдающий за боем Зес. — Их трое, найди того, кто тебе мешает больше всего.

Скорее всего, думая, что я отвлёкся на слова отца, на меня напал Ронак.

— Ледяное копьё, — произнёс я и его защита мигнула красным.

— Нечестно! — воскликнул Ронак.

— Я маг! — возразил я. — С вашей стороны тоже было нечестно нападать на меня втроём.

Ронак посмотрел в сторону отца, будто ища защиты, но Зес показал глазами, чтобы тот покинул тренировочную площадку.

Дальше я уже против Тимофея и Безрукова, который после постановления руки орудовал рапирой и мезикордом. Странный выбор оружия, но с учетом того, что Антон не раз сражался в общих свалках, когда одна стальная лава билась с другой, наличие мизекорда, способного пробить толстые доспехи и кольчугу, было объяснимо.

Тимофей тоже старался показать, что он сильный воин. Но, откровенно говоря, он был мне не соперник.

— Тима, ты маг или кто? — решил я напомнить об этом брату.

Стоило мне это сказать, брат воспользовался тем, что Антон постарался обманным выпадом ударить меня гардой по лицу.