А что с моей мамы взять? Двушку, которая ей досталась от женщины, за которой ма ухаживала?

— Но ты же сказал в машине, что твоему отцу невесту нашёл дед, — я хмурюсь.

— Нап*здел он мне, — Марк усмехается. — Вернее говоря, надеется, что его план сработает. Кстати говоря, батя не знал, что ма подала на развод. Мои слова стали для него сюрпризом. Я ему ещё наплел, что вокруг мамы вьются парочка мужиков. И он уже мчит на всех парах к ней.

— Зачем ты наврал? — непонимающе нахмурилась.

— Ревность заставляет совершать поступки, а не сидеть в кабинете и бухать, жалея себя.

Батя изменил маме, — говорит чуть помедлив.

— Что? — я ахаю.

— Батя изменил маме, — повторяет терпеливо. — Два месяца назад.

— Ты так спокойно об этом говоришь? — спрашиваю удивлённо.

— Ну, как спокойно, я врезал ему разок. Или пять, — замечаю вдруг, что у парня сбиты костяшки рук.

— Но он же твой отец! Разве можно бить своего папу?

— Он заслужил, — цедит Марк сквозь зубы. — Они прожили вместе больше двадцати лет, а он свой член в штанах не смог удержать.

— Может… может быть он был пьян? Я не знаю… ну должно же быть оправдание.

— Измене нет оправдания, — обрубает Марк. — Но не мне судить. Если мама сможет его простить, то это её решение.

— А ты не думаешь, что это могла быть подстава от твоего деда? — хмурюсь я.

— Я ничего не знаю, малыш, — целует в висок. — Он может пойти на всё, чтобы добиться своей цели. На любой шантаж. На любой обман. Он паук, который плетет паутину.

— А бабушка твоя? Она как на всё это реагирует? — неосознанно поглаживаю его руку.

— У меня нет бабушки. Она умерла при родах отца.

— Погоди, а почему ты с ним общался, если родители были против?

Марк не отвечает.

Разворачивает мою голову к себе и целует в губы, вышибая все мысли. Не могу не ответить на его поцелуй. Обвиваю его шею руками и поворачиваюсь к нему лицом, устроившись на его коленях. Поцелуй пьянит и заставляет желать большего.

— Малышка, — Марк отрывается от моих губ, тяжело дыша, — не ерзая так.

— А то что? — улыбаюсь, совершая круговое движение бёдрами, чувствуя его твёрдость. Явственное подтверждение его желания.

— Бл*ть, — жмурится. — Прекрати, Ань. А то я тебя трахну. Прямо здесь. Разложу на плитке и трахну.

— Ммм, — с Котовым моё стеснение куда-то испаряется, — звучит очень заманчиво. И что же мешает тебе это сделать?

— То, что у меня скоро свадьба, — как ушат холодной воды."

"На подкорке сознания, я ожидала этих слов, но моё сердце разлетается на куски. Моя страсть, любовь и нежность мигом трансформируются в ненависть к Марку. Я залепляю ему пощечину, с радостью замечая, как на его щеке расползается красное пятно.

— Ненавижу тебя, Котов. Каждой фиброй души ненавижу. Ты знал прекрасно.