— Хорошо, что искупаться успели, — качает головой мама, первой направляясь в сторону беседки.

Дядя Глеб приобнимает тётю Олю за талию и целует в висок, носом уткнувшись в её волосы. Женщина ниже его на две головы. Макушкой еле достаёт до подмышки. И то, как мужчина склоняется к ней, то, как ласково отводит волосы с лица, которые треплет ветер, заставляет улыбаться. И мечтать, что и на меня однажды кто-то будет так смотреть. Ласково. Нежно. И с безграничной любовью. Будто весь твой мир, весь смысл существования в одном человеке.

Почувствовала прикосновение к своей спине. Едва заметное, почти неосязаемое. Обернулась. Волосы, подхваченные ветром, тут же закрыли весь обзор.

— Твои волосы похожи на языки пламени, — отводя пряди волос с моего лица, полушепотом говорит Марк.

— Спасибо, — шепчу я, мигом смутившись. Отчего-то уверенна, что это замысловатый комплимент.

Парень кладёт ладонь между лопатками и подталкивает в сторону беседки, где мама уже разливает свежезаваренный чай по кружкам, ведя оживлённую беседу с тётей Олей. И снова я ловлю полный чувств взгляд дяди Глеба, который направлен на жену.

Я сажусь в красивое плетенное кресло и беру в руки чашку с мятным чаем. Втягиваю любимый запах мяты и делаю первый глоток, даже прикрывая глаза.

Именно в этот момент крупные капли начинают падать на землю. Воздух тут же наполняется неповторимым запахом дождя. Свежий. Восхитительный.

И этот момент навсегда врезался в мою память. Запах мяты, свежего морского воздуха и дождя. И парень, в которого я влюбилась без памяти, увидев в объектив своей камеры, который сидел напротив меня, через дубовый крепкий стол, и улыбался мне открыто, разделяя со мной радость этого момента.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 8

На берегу моря воздух прохладный и свежий. Лёгкий ветерок треплет волосы, путая их. Но собирать их в хвост нет никакого желания. Мне нравится чувствовать себя свободной и счастливой. Чувствовать неповторимое единение с природой.

Босые ноги приятно утопают во влажном, холодящем кожу песке. Наплевав на то, что песок забьется в одежду и останется в волосах, опустилась на землю, вытянув ноги так, чтобы их касались тёплые волны. Оперлась о локти, запрокинула голову назад, любуясь звёздным небом. Вдали от искусственного света города, звёзды сияли на тёмно-синем, практически чёрном полотнище бескрайнего неба. Что бы человек не создал, всё равно нет ничего прекраснее того, что создано самой природой.

— Я тоже был приятно поражён, — раздаётся голос над головой, и я замечаю Марка, который совершенно не слышно подошёл ко мне. — В Москве никогда не увидишь столько звёзд.