Что не удивительно. Так делала не только она, так что вряд ли парня это всерьез беспокоило.

Мэтью не соврал, сказав, что у него отменное здоровье. За неделю следы драки с его лица практически исчезли, а вскоре Джейк сообщил новость, что тренер Херли возвращает Мэтью в команду по лакроссу. Ему понадобилась еще неделя, чтобы вернуться в основной состав «Беркутов», а затем и отличиться во время пятничной игры с «Бульдогами», доказав, что в прошлом спортивном сезоне школы он по праву считался лучшим игроком.

В этом году к тому же Палмер стал старше и сильнее. Думаю, что Шону оказалось нелегко держать за собой лидерство капитана, потому что парни за Мэтью потянулись.

Плевать им было на его неблагополучную семью и привод в полицию. Было в Палмере что-то такое, что, несмотря на всю правдивость слухов о нем, удерживало возле него внимание и не отпускало. Так что я их хорошо понимала.

Он больше не обедал в одиночестве, как в первые дни после своего возвращения в школу. Теперь за его столиком во время обеда неизменно кто-то сидел — не только парни, но и девчонки из «Красных лисиц». И конечно же, разговоров о нем прибавилось.

Похоже, появление Палмера грозило расколоть надвое не только «Беркутов», но и симпатичных лисичек Кейт. Многие из них открыто искали внимания Мэтью — вроде той же Надин, или Тамары, и это было более, чем заметно.

Со сводной сестрой я после своего падения в бассейн не общалась. Мне вдруг по-настоящему стала безразлична ее личная жизнь и отношения с моим бывшим парнем. Мы обе старались избегать друг друга, и нас это устраивало. А если и обменивались колкостями, то наедине и без родителей, и я искренне надеялась, что так дальше и будет.

Сейчас я полностью отдавалась учебе и работе в газете с ребятами. И еще немного — фотографии. Эта страсть увлекала меня тем сильнее, чем больше я погружалась в процесс создания снимков и возможности показать жизнь максимально правдиво в каждом кадре.

Но самым сложным предметом продолжал оставаться английский. И не потому, что у меня были сложности с языком — напротив, он мне легко давался, а потому, что именно на уроках английского Палмер входил в один со мной класс, проходил между рядами парт и садился за столик позади меня.

Выдыхал тяжело про себя: «Ну, вот, снова эта Уилсон!» — и в течение следующего часа прожигал взглядом мой затылок.

А может быть, мне только так казалось, но все равно высидеть урок в метре от парня было сложно, хотя он ни разу ко мне не обратился.

В конце концов, я поняла, что Мэтью на самом деле вычеркнул тот случай из своей жизни, и постаралась сосредоточиться на словах учителя.

…Мы отходим с Эмбер от новостного стенда и направляемся в столовую, рассчитывая успеть пообедать за оставшиеся полчаса перемены.