Вот козел. Сам при любой возможности, указывает мне на то, что такая дрянь, как я уже наверняка с кем-то погуляла.

— Кирюша, ты как? — мама бережно обнимает за плечи, прекрасно понимая, в каком я состоянии. — Доченька, а может к лучшему? — бормочет она. — Может ты будешь счастлива с этим мужчиной. Кто знает.

— Мама, я тебя прошу не надо. — скинув ее руки с плеч, я отхожу в сторону, стараясь не разреветься прямо сейчас.

— Хочешь, поедем вместе в магазин? — переводит тему, она. — Нам с Исмаилом и Гуль нужно купить одежду для свадебного ужина, не идти же в этом тряпье. — едва слышно говорит мать, как будто чувствуя себя виноватой.

Вот пусть и чувствует. Она виновата! Виновата во всем, что с нами происходит. Только она. Единственное кого мне жаль, так это сестренку, она еще совсем малышка, за что ей такие испытания. Сейчас отчим просадит все деньги, которые внесла за меня семья жениха, вот только он не догадывается, что скорее всего с него их потребуют обратно за «порченную» девку. Так пусть хоть для Гуль купят новые вещи, да пару нормальных игрушек."

"— Нет, мама, я не поеду. — обрываю тишину и подхожу к зеркалу. Вид у меня прямо скажем, ужасный. Не знаю, сможет ли его исправить свадебное платье и визажист, которого наняла мать жениха.

— Кирюш, — вновь зовет мать. — Ты не бойся, скажи мне, ты уже была с мужчиной? — неожиданный вопрос заставляет впасть в ступор. Стою и ловлю воздух ртом, как рыба. Что ей ответить? Да, мамочка, меня изнасиловали друзья твоего драгоценного мужа.

— Нет. — шепчу, стараясь не выдать себя.

— Доченька, ты только не бойся, если ты уже не девственница, я скажу тебе, что нужно сделать в первую ночь, чтобы твой муж ничего не заподозрил. — как ни в чем не бывало, говорит мать. А затем происходит то, чего я уж точно не ожидала. Она протягивает мне небольшой осколок стекла и пластырь. — Вот, возьми, — говорит, а у самой глаза бегают из стороны в сторону. — Наклей пластырь на руку заранее, а потом перед первой ночь осторожно порежь руку под пластырем, будет кровь… никто не заметит, главное чтобы хоть немного крови осталось на постельном белье…

— Замолчи! — непроизвольно бью мать по руке, в которой она держала стекляшку, отчего та вылетает в дальний угол. — Я не хочу ничего слушать, я не буду этого делать! Хватит! — у меня снова начинается истерика, которую невозможно контролировать.

— Вы что разорались? Гюль напугаете. — разъяренный отчим, буквально сносит дверь, вбегая в гостиную. «Гюль напугаете» — смешно слышать это от пьяницы, который периодически вообще забывает, что у него есть дочь. — Рты позакрывали, и занимаемся делами. Завтра новая жизнь начинается. — расплывшись в идиотской улыбке, говорит Исмаил. Как будто не я, а он выходит замуж.

* * *Как же быстро наступил этот день.