И наверняка станут ее ругать, говорить, что собаке в офисе не место…

– Здравствуй, – Игнат указал на кресло, сам остался на ногах, видимо, помнил, что еще вчера в солидном, роскошном даже кресле, оставшемся от Алексея Петровича, они нашли труп. – И рассказывай.

– О чем?

Вот неуютный у него взгляд, такой, что Ксюшу сразу тянет признаться во всех своих прегрешениях, включая вылазки на соседский огород, пусть и совершенные ею в далеком детстве.

– О том, что случилось, если ты своего монстра сюда притащила.

Хайд – не монстр, у него просто внешность такая.

Но Ксюша вздохнула и рассказала.

Про Эллочку с ее откровениями – конечно, некоторые, вроде ее дружеских советов, Ксюша оставила при себе; про ночного гостя и собственный страх. И про решение, что без Хайда она здесь не покажется.

– Разумно… ключи, надеюсь, при себе держишь? – спросил Игнат, стаскивая очередной преотвратный пиджак, на сей раз с гротескно зауженной талией и широкими плечами на ватине.

– Да. А… что со шкатулкой?

– Ничего. Забудь.

Ага, вот Ксюша сразу взяла и забыла! Во-первых, ей любопытно, хотя любопытство, как известно, сгубило кошку.

Во-вторых, она все равно в этом замешана, пусть ничего и не совершила, но ведь это ее дом развалили и ей звонили, и приходили – тоже.

– Вот не надо на меня так смотреть! – Игнат отвернулся.

Как?

– История грязная. И лучше, если ты отпуск возьмешь… уедешь на пару недель куда-нибудь.

– Вам кофе сделать? – Ксюша решила не озвучивать те мысли, которые возникли в ее голове после этакого щедрого предложения.

В отпуск… вот уволится и уйдет насовсем!

– Сделай.

Он обиды ее не заметил. И вообще, какое ему дело до Ксюшиных терзаний? У него в голове наверняка мысли толпами бродят, и все, как одна, премудрые.

– Мужчины, – сказала Ксюша Хайду, слабо шевельнувшему обрубком хвоста. – Самоуверенные вы создания… всюду рветесь, а сами себе кофе сварить не способны!

Как ни странно, день пошел своим чередом. Вот только пустой диван наводил на грустные мысли, и портрет Стаса в черной рамке, который принесла Виктория Павловна, напоминал о вчерашнем происшествии. Ксюша заказала цветы и подумала, что надо бы все-таки съездить к родителям Стаса.

А то неудобно как-то…

Ксюша старалась не думать о том, что потенциальный убийца – кто-то из своих, но порою замечала, что начинает смотреть на людей иначе.

Вот Виктория Павловна щебечет по телефону, рассказывая дочери о том, как надо правильно выбирать гранаты.

Могла ли она убить?

Полная, мягкая, неторопливая, но в то же время настойчивая… характер у нее имеется. Без характера сложно в одиночку семью содержать… у ее дочери вечно все не ладится.

И если бы кто-то попытался отобрать у Виктории Павловны работу, убила бы она?

Глупо.