Вид у нее был совершенно измученный.

Обменявшись с Кирой сочувствующими взглядами, я быстро побежала в душ. Сейчас с минуты на минуту придет Джим, а мне еще нужно позвонить Женьке.

Вызов подруга приняла практически сразу, но, увидев меня, поджала губы и сложила руки на груди.

– Обиделась? – сразу определила я.

– А ты чего-то еще ждала? У тебя совесть есть? Я здесь скучаю, а она не удосуживается даже позвонить!"

"– Женя, у меня последние дни были просто кошмар, от которого я никак не могу прийти в себя. А расписание нам выдали такое, что в туалет сходить некогда, и домашние задания очень приличные!

Пристально на меня посмотрев, побратима сменила гнев на милость.

– Рассказывай.

И я уже в который раз пересказала все, что происходило со мной за эти дни.

– Да, весело у тебя. Зато ты в окружении мужчин.

– Ага. Такое счастье, такое счастье…

– Не язви. У меня тоже учеба не сахар. С твоей, конечно, не сравнится, зато и накачанного бонуса нет. Ты одна в боксе живешь?

– Нет, у меня соседка.

Выражение лица подруги сразу изменилось: на нем начала проглядывать ревность.

– Уже подружились?

– Дорогая, не переживай. Ты же моя побратима, и другой у меня нет.

– Хочется надеяться.

– А вот у тебя может появиться.

– Нет, Фиса, здесь не с кем общаться, да и некогда.

Внезапно Женя улыбнулась и взглянула за мое плечо, из-за которого раздалось:

– Какая принцесса! Привет. Ты меня не знаешь, но я приметил тебя еще на мероприятии Звездной Академии, но Феоктиста отказалась нас знакомить.

Евгения вопросительно посмотрела на меня.

– Нет, я не имею на него виды. Но у этого жука имеется много секретов, и, пока они не станут мне известны, знакомить вас не буду.

Побратима закатила глаза и ответила:

– Разбирайся сама, но не будь с ним строга: он милашка, и мне нравится.

– Хорошо. Я на днях наберу тебе.

– А я могу сама тебе позвонить?

– Нет. Академия пропускает только исходящий сигнал. Извини.

– Говорила тебе, что идешь в какую-то тюрьму, но ты меня не послушалась.

– Если бы тюрьмы давали престижный диплом о космическом образовании, я бы давно отсидела срок. Там однозначно лучше, чем здесь.

И, послав засмеявшейся побратиме воздушный поцелуй, я отключилась.

Повернувшись, я увидела, что на меня смотрят.

– Это моя побратима. Евгения Ниренко.

– Мы уже поняли. Надеюсь, не нужно опасаться, что мне попытаются подправить лицо из-за того, что я твоя соседка?

– Подправить лицо? Нет, она не пластический хирург, она прекрасный психолог-криминалист, и ей проще найти способ совсем убрать человека.

– Ты меня успокоила, – проговорила Кира, хмуро посмотрев на меня.

– А я вот все никак не могу успокоиться. Дай мне ее координаты, – начал Джим.

– Зачем?

– Она мне понравилась, поэтому я хочу за ней приударить.