— Дубовская Ксения Владимировна, властью данной мне…

— Нет. Это ещё что такое? Стойте! Какая ещё Дубовская? Я же не говорила, что буду менять фамилию?!

— Это он решил, — фыркает Зинаида.

Я поворачиваюсь к Максиму, чтобы поругаться, но меня глушит марш Мендельсона.

* * *— Как ты могла выйти замуж за курьера и не позвать нас на свадьбу! — всплеснув руками, рыдает моя старшая дочь. — Я должна была нести корзинку с цветами и таскать твою фату!

— Ася, доченька, — вздыхаю, — послушай меня. Это ненастоящая свадьба. Это делается для того, чтобы злая комиссия не отобрала вас у меня.

— Брак, может, и фиктивный, но брильянт вполне себе настоящий, — с завистью кривится на кольцо на моём пальце Виолетта.

По моему скромному мнению, с кольцом Максим перегнул. Такой здоровенный камень больше подходит британской принцессе, чем пчеловоду Ксюше. И как только с размером угадал? Ниточкой, что ли, померял, пока я спала?

— Почему нас с Никой не позвали? Почему втихаря всё? Вон баба Аня была!

— Я близкий человек, так что ничего удивительного, — хвастается Михайловна, горделиво выпячивая вперёд грудь во всё том же белом блузоне.

— А как же тадам? — уже не плачет, но всё ещё злится старшая.

— Какой ещё тадам?

— Как какой? Мама, ну помнишь, когда участковый наш женился, у него тадам был и две команды, жениха и невесты. И мы обматывали невесту рулоном туалетной бумаги. Это было весело! А теперь выходит, что тебя без нас с Никой обмотали, а мы даже не видели!

— Тамада, — подсказывает Максим и, почесав нос, смеётся в кулак.

— Ничего такого не было, просто регистрация. И тамады не было. Я не люблю все эти конкурсы и не хочу, чтобы меня чем-то обматывали.

— И всё равно! Почему нас не позвали?

— Да! — поддакивает ей младшая. — Да-да!

— Мне тоже интересно почему? — скрещивает руки на груди Виолетта.

— Вита, мне кажется, когда я говорила: семейный совет, — я ни разу не имела в виду тебя.

На диване в рядок сидят Ника, Ася, баба Аня, Егор, а на подоконнике присел Максим.

— А у меня, может, душа за тебя болит, соседка, — отвечает Виолетта. — Просто тебе этот франт столичный глаза шорами закрыл, и ты уже друзей настоящих не узнаёшь.

— Это тебя уже муж с детьми не узнают, так редко ты в своём доме бываешь.

"Максим смеётся, явно оценив шутку. Обернувшись, ловлю на себе его горячий взгляд. Этот большой сарафан всё равно идёт мне, и Максим не сводит с меня глаз. Мне капельку стыдно и чуточку неловко. И я убираю за уши волосы, потому что от жарких комплиментов, которые он делает, разглядывая меня, даже и не знаю, как не покраснеть и при этом ещё успокоить детей.

— А давай организуем праздник. Позовём всех и тадама пригласим. Устроим конкурс для жениха, буду опознавать невесту на ощупь.