- Я – урождённая де ла Мотт, Мари-Клодетт де ла Мотт. Мои предки – наши с Филиппом предки – накопили изрядно богатств, и магической силы тоже. Когда-то давным-давно тот наш предок, который был первым ректором магической академии, спас короля, и получил графский титул, владения и принцессу Роган в жёны. И с тех пор де ла Мотты были опорой трона, и наш дед  погиб вместе с последним настоящим королём из Роганов.

- А почему настоящим? Я уже не в первый раз это слышу – настоящий Роган, а что, были и ненастоящие? Самозванцы? – влезла Рита, потом сдала назад. – Простите, это можно и потом.

Я не местная, - пояснила она изумлённой Клодетт. – Совсем не местная. И вашей истории не знаю. Но собираюсь узнать."

"- Потому что нынешний император – тоже Роган, но по женской линии, - усмехнулся Дюваль. – Наполеон удивил всех, когда ради наследника и ради преемственности власти развёлся с первой супругой и женился на принцессе Роган, единственной выжившей из королевской семьи. И нынешний император Наполеон – младший сын того, первого. И наполовину Роган.

- А ваш Наполеон… он что, был магом?

- Нет, он был простец. Но – очень одарённый простец.

Ему не давала покоя боевая магия, поэтому он стал гением артиллерии. А потом – и не только артиллерии.

Вот так. Ладно, это потом. Рита приглушила жадный блеск в глазах и уставилась на Клодетт. Та улыбнулась.

- У деда был младший брат, который не захотел идти на эшафот вместе с королём и скрылся, и появился только в тот момент, когда принадлежность к древнему магическому роду уже не считалась преступлением. Увы, ему не удалось наложить лапу на семейные богатства – потому что император взялся ревностно следить за тем, чтобы те самые древние магические рода больше не обижали – он тоже захотел себе магическую опору трона.

И объявил наследником де ла Моттов моего отца, которому на момент смерти его родителей было три года. Отца воспитал герцог Саваж, отдал сначала в восстановленную магическую академию, а потом и на военную службу. И так вышло, что на службе он пробыл до сорока лет, не помышляя о женитьбе. А потом получил серьёзное ранение, вышел в отставку и прибыл в столицу.

При дворе он встретил мою мать, урождённую девицу Санси. Она не была магом, но, вероятно, была прелестной девушкой, если верить портретам и фотокарточкам в нашем доме.

Брак сложился без препятствий, и в положенный срок родилась я.

И вот тут-то мы все впервые столкнулись с дядюшкой Жан-Жаком. Он явился к нам в дом, был прилипчив и настырен, обо всём расспрашивал, всё вынюхивал. Он тоже был женат в течение некоторого времени, и у него был сын, Сезар, на пять лет старше меня. Дядюшка всё время приводил кузена к нам и заставлял играть со мной, но кузену было скучно, он запирал меня в шкафу и убегал.