Пятница же…

– Сегодня? – охнула я и, оттянув ткань платья, намекнула: – Я немного не в форме.

– Не страшно. Формой снабдим, – фыркнула она и, оценив мой роковой образ, проурчала: – На мой взгляд, очень даже в форме.

Собеседование с директором длилось ровно минуту. Едва мы зашли в кабинет, я вздрогнула от громких и не совсем литературных высказываний, которыми этот самый директор как раз общался с кем-то по мобильнику. Вскинув на нас хмурый взгляд, он сделал Юле какой-то знак и, получив кивок, переключил своё внимание на меня.

– Я сказал не позже завтрашнего вечера! – проорал в трубку мужчина и, окинув меня цепким взглядом, отвёл руку с телефоном в сторону, торопливо спросив у Юли: – На админа? Всё рассказала? Согласна?

– Да, – с готовностью отчеканила девушка, похоже, оптом отвечая на все вопросы босса.

– Оформляйте, и пусть приступает, – скомандовал директор, которого мне даже не представили, и тут же вернулся к прерванному разговору.

– Идём, – повернувшись к двери, позвала Юля, а мой новый босс, судя по услышанному, продолжил в смачных выражениях отчитывать кого-то за сорванные поставки алкоголя.

– Открытие через час, так что времени у нас мало, – отчеканила Юля и, поспешив на первый этаж, продолжила бегло пояснять правила, обязанности, режим и кучу подробностей, которые я уже даже не пыталась запомнить.

Проводив меня в крыло для персонала, Юля сдала меня с рук на руки почти бывшему администратору и, передав смену, оставила последние распоряжения и испарилась.

В работу пришлось вникать буквально на бегу. Меня снабдили формой, по сравнению с которой позаимствованное у Ланы платье казалось очень даже приличным. Я носилась между столиками и вип-кабинетами со скоростью кометы, пытаясь сразу же зарекомендовать себя лучшим сотрудником дня, недели, а желательно и месяца."

"До полуночи скакала как резвая козочка, а вот позже… Лицо начало болеть от натянутой улыбки, ноги гудеть от высоких каблуков, а пятая точка нещадно гореть от многочисленных шлепков и щипков. Даже позавидовала девочкам, крутящимся вокруг шестов на подиуме и высоких платформах. По крайней мере, их задницы, пусть и голые оставались условно неприкосновенными. Сальные взгляды и пошлые комментарии я в расчёт уже не брала.

К трём утра, получив свой законный пятнадцатиминутный перерыв, поплелась в комнату отдыха. Первым делом отписалась волнующейся Лане, что уже работаю и вернусь домой, скорее всего, только завтра. Вылила в себя две чашки кофе и, отказавшись от бутербродов, любезно предложенных одной из новых коллег, подошла к зеркалу.

Твою же ж мать! Оценив свой вид в отражении, аж проснулась и взбодрилась.