- Я внимательно изучила историю нашего знакомства, это одна из самых прекрасных историй любви, которые я читала, - улыбнулась, еле сдерживаясь, чтобы не засмеяться в голос.

- Много ты читала прекрасных историй любви?

- Очень, - призналась Мира и развела руками. - Мегатонны любовной литературы.

Что можно ответить на подобный вопрос? Много - это сколько? Иногда единственная книга даёт ответы на все вопросы, а порой вся мировая библиотека не ответит на один-единственный.

- Это всё объясняет, - хмыкнул Максим и открыл дверь, чтобы обойти авто, открыть дверь Мирославе и подать руку.

Ресторан был на первом этаже многоэтажного дома. Несмотря на огромные окна, больше напоминающие витрины магазинов, внутри оказалось уютно, отделка в тон дерева, столики, стоящие в отдалении друг от друга. Максима с Мирой отвели в отдельный кабинет, предложили аперитив, пока они ждут гостей, а потом официантка исчезла, оставив пару наедине."

"- Если ты хорошо разбираешься в приготовлении изысканных блюд, тебе, наверное, невыносимо есть в простых ресторанчиках или бистро? - спросил Максим, скорей всего, он просто хотел чем-то занять паузу.

- Нет, - Мира покачала головой.

- Мне нравится процесс приготовления, но я могу не есть то, что готовлю, или не любить это блюдо.

- Как это?

- Ну, вот мне не очень нравится баранина, при этом я люблю готовить седло барашка.

- Это то, что любил доктор Ватсон?

- Ты же не про Бенедикта Камбербэтча?

- Определённо нет, - засмеялся Максим. - Ведь он играл Холмса, а не Ватсона.

Мира улыбнулась в ответ. Глянула на собеседника. Морщины у рта разгладились, выражение лица поменялось, он стал даже моложе, вероятно, освещение делало резкое выражение лица более мягким, добродушным, даже удовлетворённым.

Может, он и был таким? Удовлетворённым?

Мирослава не знала, до какого часа длится рабочий день Максима и где он проводит вечера, может ли он рвануть в ближайший отель с Машей или даже заняться любовью прямо на рабочем месте.

Мира не имела представления, как выглядит рабочее место Максима, находится ли Маша круглые сутки с ним, как Целестина с дедушкой, или у неё свой кабинет. Она ничего не знала, кроме того, что Максим выглядел расслабленным и довольным жизнью.

Появившаяся пара средних лет привлекла внимание Максима, он встал и направился к ним.

Женщина была невысокой, немного полноватой, совсем чуть-чуть, с аккуратно уложенными в каре светлыми волосами и в платье-футляре, которое шло ей. Мужчина в рубашке, брюках, галстук он держал в руках, было понятно, что этот предмет гардероба раздражал мужчину, и он, вопреки увещаниям супруги, снял его, при этом выглядя так, будто готовился принять вызов всего мира.

- Это моя мама, - представил Максим женщину. - Марина Львовна. Это отец, - продолжил. - Аркадий Львович, - посмотрел на Миру.