- К осени ситуация усугубилась, если мы допустим просчёт, хотя бы один, Сильвестра Прохоровича уберут с пути, - продолжил Игнат тем же размеренным тоном преподавателя вышей школы. - Тогда Мирослава останется без защиты, одно движение - и всё состояние безвременно почившей достаётся этим людям. Именно для защиты интересов Миры нужен договор с тобой и завещание. Теперь между ними и Мирославой стоишь ещё и ты... Максим Аркадьевич.

- В качестве живой мишени, - усмехнулся Максим, уголок рта невольно полез вверх. - Каким образом состояние Мирославы может перейти в чьи-то руки? Наследство? У Мирославы нет наследников, дальние родственники - мелкие предприниматели, сложная, почти неосуществимая схема для подобных сошек.

- Ты считаешь Мельгелова мелкой сошкой? - старик посмотрел сквозь Максима, в ответе он не нуждался.

Максим сглотнул горечь, во рту пересохло. Два самых крупных игрока на рынке. Сильвестр и Мельгелов. Любой из них имел практически безграничную власть и возможности. Любой мог уничтожить всё, что стоит, лежит, мерцает на его пути. Для любого цель оправдывает любые средства.

И между ними Мирослава. Мультяшка. Английский леденец. Карамельно-зефирное чудо с пудровым ароматом. Это как посадить младенца на рельсы перед скоростным поездом. Максим дёрнул узел на галстуке, становилось душно, было нечем дышать, озноб пробил по позвоночнику, от затылка до кончиков пальцев рук и ног.

- Вы родственники?

- Я и он? Юридически - нет. Он племянник моей жены. Учитывая, что более близких наследников, кроме меня, конечно, у Мирославы попросту не было, он имел бы право на наследство и, поверь, воспользовался бы им, слишком жирный кусок, от такого не отказываются, - старик посмотрел сквозь Максима. - Летом акции его основного холдинга сильно упали, он ошибся, фатально ошибся. К осени дела кампаний пошли в разнос, процесс не остановить. Мельгелову не поможет и Рождественское чудо. Тут и пришло время вспомнить о племяннице. Как ты понимаешь, обмануть, переиграть Мирославу ему не составит труда, но намного проще просто убрать её, после меня, естественно. Теперь - и после тебя, что не делает жизнь Мельгелова проще. Поверь, он попытается это сделать, его ничто не остановит, но пока мы выигрываем время, играем на опережение, хотя вечно это длиться не может."

"- Мирослава ничего не знает? - Максим не отрывал взгляда от Сильвестра, пока тот говорил ровным голосом, как радио на АМ-диапазоне.

- Нет, - старик кивнул в подтверждение своих же слов. - В нужный момент ей станет известно всё необходимое. Пока незачем её тревожить, девочка импульсивна, за ней не всегда возможно уследить, боюсь, она наломает дров, лишние телодвижения нам не нужны.

Нам. Нам не нужны. Нам.