Разбиваю треугольник, закатив пару шаров в лунки, и настраиваюсь засадить ещё парочку, старательно игнорируя присутствие Оли, но это не особо помогает, потому что всё моё тело сейчас — один оголённый нерв, ежесекундно получающий импульсы от до боли желанной девушки.

И мой игнор худо-бедно работал до тех пор, пока Оля громко не ойкнула. Кий дёргается в руках ещё до удара, и я поднимаю глаза на девушку, которая поправляет причёску, посылая убийственный взгляд Максу.

Этот засранец дёрнул её за хвост, чтобы меня отвлечь.

Опускаю голову, потому что, зная упёртый характер Соколовского, понимаю, что это не закончится, и уже собираюсь открыть рот и сдаться, когда чувствую чьи-то пальцы в своих волосах.

Поднимаю лицо и натыкаюсь на прожигающий насквозь зелёный взгляд Оли. Она подходит ближе, обхватывает моё лицо ладонями и целует так, что, несмотря на её очевидное желание помочь и подбодрить, делает только хуже, потому что я завожусь окончательно, теряя тормоза.

И, чёрт возьми, я дурею от того, что у моей малышки нет проблем с публичным проявлением чувств.

Видит Бог, я сделал всё, что было в моих силах, чтобы держаться от Оли подальше, но сегодня всё и все будто были против меня.

Швыряю кий на стол, принимая поражение, и обхватываю талию девушки, отвечая на поцелуй с безбашенным желанием.

В конце концов, что такое двести тысяч против шестидесяти килограмм ходячего секса?

— Идите, трахайтесь, кролики, — угарает Лёха. — Но только не здесь, а то я не выдержу, и ты, Корсаков, отправишься покорять Ютуб.

Вот же провокатор…

Смотрю на Олю так, чтобы у неё не осталось никаких сомнений по поводу того, чего именно я хочу от неё. И судя по тому, что она начинает дрожать в моих руках, по глазам она читает весьма виртуозно.

Бодаю лбом её лоб, вдыхая пьянящий запах её кожи, и готов сдохнуть просто за то, чтобы она осталась в моих руках навечно.

— Эй, народ, я серьёзно! — ворчит Шастинский. — Вроде ж не на китайском говорил — проваливайте отсюда со своими секс-флюидами, пока я телефон не нашёл!

Испепеляю друга взглядом, но буквально секунду, потому что таких друзей, как у меня, хер больше где найдёшь, и я чёртов счастливчик, потому что в дружбе вытянул лотерейный билет.

Хватаю Олю за руку, переплетая наши пальцы, и выхожу в коридор, где нас оглушает Олег Майами со своей «Малышка, танцуй».

Вспоминаю, что собирался дать этому миру насладиться настоящей музыкой, и это на некоторое время гасит зудящее под поверхностью кожи желание забиться в Олю так глубоко, что ещё неделю после она будет чувствовать мой вкус у себя во рту.

Прорываюсь к стереосистеме с девушкой на буксире и настраиваю свой личный плейлист; первыми в списке почему-то идут подряд две песни «Kamandi and Polo»: «Мооп» и «Smoke club».