Вчера вечером некая Лейла, бывшая любовница или наложница Хана – черт их разберет, приходила в свой дом, спросила у подруги, у Зульфии, – есть такая рабыня, она ночью ходила на верхний пост, – когда та пойдет к своему самцу. Зульфия сказала, что в то же время на западный пост пойдет Зарина. Лейла собрала женские вещи, взяла лепешки и ушла. Подруги по неволе спросили, кто ее теперь держит? Она не ответила. Вышла из дома. Зульфия проследила за ней через окно. Лейла вошла в дом Кабана.

Тимохин ударил кулаком в стену:

– Вот тебе и две женщины, что ночью ушли в дом, откуда оборудован подземный ход к развалинам. Все сходится. Лейла взяла одежду для Кабана и хлеб на первое время.

Крымов спросил:

– Но почему наблюдатели обеих групп не зафиксировали отход Кабана и этой Лейлы из развалин? Куда они делись?

Ответил Соловьев:"

"– Кабадзе выбрал время, когда к своим стебарям двинулись Зульфия и Зарина. Эти дамочки и отвлекли внимание наших ребят. А вплотную к развалинам приближаются заросли кустарника, которые немного, но отстают из-за канавы от подножия склона северного перевала со стороны ущелья. Думаю, по этой канаве, под прикрытием кустов Лейла и повела Кабана. Ее он выбрал в проводники. Эта женщина из Хаба-Юрта, и близлежащая местность, по крайней мере до пастбищ аула, ей наверняка известна.

Крымов кивнул:

– Ладно, пусть будет так, но они что, так и пошли по ущелью?

Тимохин ударил Хана в бок ногой:

– Эй, Дакаев, ты еще жив?

Хан ответил:

– Жив!

– Слышишь наш разговор?

– Да!

– Тогда поведай нам, как можно уйти из района аула, если воспользоваться канавой и кустарником у подъема на северный перевал?

Залимхан ответил:

– В лес.

– Какой лес?

– Лес, что тянется между холмов плато почти до виноградников Хаба-Юрта и уходит далее на север.

– Но чтобы попасть в лес, надо перейти через перевал. Западные склоны менее проходимы, чем здесь, у Тарды.

– Там, за западным постом, есть тропа. О ней мало кто знает. Лейла знала.

– Где точно эта тропа?

– Так рассказать, чтобы поняли, не смогу, она закрыта валуном и начинается в трещине. Могу показать.

Крымов воскликнул:

– Тогда какого хрена лежишь? Вставай и пойдем на свежий воздух, прогуляемся до этой трещины.

Бандит поднялся, спросил:

– Кабан знал, что вы атакуете аул?

Ответил Тимохин:

– Знал! Поэтому и слинял вместе с бабой-проводником.

– И меня не предупредил, сука, шакал продажный!

– А на хрена ты ему нужен? Это нам ты нужен, а ему... нет. Кабану никто не нужен. И Лейла тоже. Он убьет ее, как только выйдет в район, где сможет ориентироваться без посторонней помощи.

– Скотина!

– А ты божий одуванчик?

– Я не предатель!

– Посмотрим. С тобой еще предстоит серьезный разговор. Но давай, шевелись, топай на выход.

Тимохин спросил:

– Вместе пойдем?

– А пойдем! Пару ребят с собой возьми.