Доля панинских акций составляла всего около одного процента, но при большой распыленности ценных бумаг это было уже кое-что. Если сосредоточить в одних руках акции всех мелких акционеров, то с этим пакетом уже можно войти в состав совета директоров. Другой вопрос, что супругов Кудряшовых надо оттуда выкурить, но и он со временем был решаем.

Изучив протоколы последнего собрания акционеров, я пришла к выводу, что мелким держателям акции не приносили больших доходов. Реально почувствовать вкус дивидендов могли только три человека – Татьяна и Петр Кудряшовы, а также Пасько. Эта же троица могла влиять на политику компании, поскольку в их руках был сосредоточен контрольный пакет акций. И, похоже, пока у них было полное взаимопонимание. Во всяком случае, на последнем совете директоров были единогласно решены все вопросы, в том числе о сдаче площадей в аренду и о продаже двух «КамАЗов» с прицепами. Если дело так дружно пойдет и дальше, то скоро весь автопарк будет распродан, а территория сдана в аренду. Примерно то же самое произошло с нашей кондитерской фабрикой – рейдерский захват, распродажа активов, сдача площадей в аренду, счета в офшоре. Хорошо отработанная преступная схема. А что еще следовало ожидать от Кудряшовых? Но вот кто такой Пасько? Я стала просматривать другие документы, но быстро поняла, что начинаю закапываться в этой информации. Нет, надо идти от простого к сложному. Сначала Панин.

В общих чертах я уже представляла, как его обработать. Осталось обдумать кое-какие детали. Я выключила компьютер и взяла саксофон, чтобы размять свою фантазию. На гребне музыкальной волны ко мне порой приходили блестящие идеи. Так случилось и на этот раз. Импровизировала я с большим вдохновением. Даже дедуля, проходя мимо моей комнаты, заглянул и похлопал в ладоши. Закончив свои музыкальные экзерсисы, я уже хорошо представляла, чем буду заниматься завтра. Все так удачно сложилось. Даже проказник Тихон залез к нам в дом не зря. Правильно говорят: что ни делается, все к лучшему.

Задумавшись, я не сразу заметила, как истерически дергается лежащий на столе мобильник.

– Алло! – ответила я, даже не взглянув на дисплей.

– Полина, привет! Я не поздно? – спросил Сашка Соколов, мой бывший одноклассник.

– Нормально. Как жизнь?

– На «ж» начинается... Отгадай, на какую букву кончается?

– Неужели все так плохо?

– Тебе, Поля, я могу сказать. Ты в курсе, какая у меня ситуация в семье. В общем, на этот раз Юлька ушла от меня окончательно и бесповоротно. Во всяком случае, она так в записке написала. И даже с детьми видеться не разрешает.

– Ты хочешь ее вернуть или только детей забрать? Сейчас это модно – отбирать детей у матери.

– Нет, я в этом смысле старомоден, – признался Соколов, чем очень порадовал меня.