И что русские сразу изолируют всех эсэсовцев, гестаповцев, кригс-комиссаров, членов НСДАП и всех уличенных в зверствах с русскими пленными и гражданскими, и что с этой категорией дальше происходит, неизвестно, то ли всех поголовно расстреливают, то ли отправляют в ужасные штрафные лагеря в Сибирь, где круглый год лежит снег, а под окнами рычат голодные белые медведи – так разве мы в начале войны не были настолько же жестоки с их комиссарами и евреями? Ну, а честным солдатам ничего не грозит – лишь отработать, сколько положено, и домой, ведь скоро уже кончится эта война!

На одном из перекрестков среди публики стоял русский генерал.

И сам фельдмаршал Лееб вскинул два пальца к козырьку фуражки, и идущие рядом сделали так же. Стремление к орднунгу есть неотъемлемая часть германского военного! А генерал-майор победившей армии был сейчас неизмеримо выше, чем капитулировавший фельдмаршал.

Но кто это там впереди? Французы?! В армии де Голля была принята форма русского образца, лишь с французскими погонами и нашивками – но в тылу считалось шиком надевать довоенные мундиры, из старых запасов, снабжения армии Виши.

А были и такие, кто заказывал пошить или перешить форму по тому образцу – чтобы вступить в родную Францию в подобающем виде! С десяток этих петухов стоят и смотрят на германский позор. Мы что, и им проиграли?

Фон Лееб позже клялся, что приказ отдал не он. Но раздалась команда, и по немецкому строю будто пробежала волна, и шаркающая ногами толпа бродяг за секунду превратилась в армию. Взгляд поднять, плечи развернуть, равнение направо – на лягушатников! – шаг держать, рраз, рраз! Русские нас победили, и это честно, но эти тут что делают, среди триумфаторов? Трусливое свиное дерьмо, может, ваши отцы и были солдатами, под Верденом и Соммой – но в эту войну, когда мы начали, то не успевали догонять ваши удирающие войска! Вы даже не захотели защищать свой Париж, объявили его «открытым городом», согнулись перед нами и лизали наши сапоги – но с охотой присоединились к нам, тогда еще стоявшим на Волге, чтобы успеть отхватить свою долю от нашей добычи.

И бежали первыми – это вы, лягушатники, виноваты, что нас разбили на Днепре! За свое место под солнцем надо драться – мы попытались и проиграли, но это было честно, а вы опять хотите примкнуть к победителю и схватить чужой кусок? Если Германия капитулирует перед русскими, это будет орднунг, сильный всегда прав! Но перед шавками, успевшими сменить хозяина – это вопиющее нарушение порядка! Строй держать! Ногу тянуть! Левой, левой!

Конвойные заволновались, и собаки на поводках залились лаем.