Если бы я планировала свое будущее с Мурадом, то непременно подружилась бы с такой милой девушкой, чем-то напоминающей мне мою Лялю, но так как этого не будет, то лучше расстаться без обмена номерами и обещания быть на связи.

Мы с Зариной расходимся в тот день, но у меня остается сладкое послевкусие, так что я решаю заехать в детский магазин и купить что-нибудь и для ее будущего ребенка, потому что все равно планировала купить подарок для Ляли перед своим отъездом. Кузине я отдам его сразу, потому что неизвестно когда увидимся в следующий раз, а вот подарок Зарине можно попросить передать Мурада, когда ребенок родится.

Не думаю, что он откажет, все-таки, в последнее время он вроде как стал гораздо мягче и терпеливее в общении со мной.

Конечно, маму в эти дни мы с Амирчиком тоже навещаем, и она выглядит гораздо лучше, чем до своего лечения, что не может не радовать.

— Мира, как же я соскучилась по дому, — часто вздыхает мама, глядя в окно на серую погоду Москвы. Все же погода в нашем родном регионе намного приятнее и теплее.

— Скоро уедем, мама, — подбадриваю я ее, думая, что я вот вообще не соскучилась.

Что ни говори, а жизнь в больших городах меня всегда привлекала больше. Если бы она захотела переехать сюда, я бы не возражала. Тут живет моя самая родная Ляля, а папа… Он перестал быть родным. Я всегда буду любить его, но надежда на близость давно канула в лету после всех его поступков.

С другой стороны, здесь еще живет Мурад, чувства к которому меняются в такую сторону, что я начала бояться самой себя и того, на что они меня могут подтолкнуть. Так что это даже к лучшему, что мы здесь не задержимся.

Вот только выпишем маму и сразу домой. Туда, где безопасно и тепло.

— У вас с Мурадом все хорошо? — словно читая мои мысли, спрашивает мама в мой последний визит.

— Конечно, а что?

— Я просто удивлена, что ни он больше не жалуется на тебя, ни ты на него, — посмеивается она.

— Мы просто редко общаемся, так что нам не до споров, — криво улыбаюсь я, вспоминая нелепую попытку ее сына задержать меня в гостиной вчера под предлогом того, что Амир без меня не такой веселый, как со мной.

— Вот значит как.

Что ж, может, так даже безопаснее для вас обоих, — усмехается мама. — Но ты его хотя бы кормишь?

— Конечно, кормлю! — возмущаюсь я. — Разве я не обещала заботиться о твоем дорогом сыночке?

— Обещала. И он обещал хорошо относиться к тебе, так что вы оба можете считаться добросовестными детьми.

— Я не твой ребенок, — сама не зная зачем, брякаю я, но мама не обижается.

— Теперь мой, — обнимая меня за плечи, говорит она. — И даже когда вы разведетесь, это не изменится, Мира.