– На последних словах Сей понизил голос до шепота и прислушался – ни идет ли никто? И затараторил дальше: – Ты же не расскажешь? Ой, а что ты делаешь? Рисуешь? – Он оказался возле Луиса, заглядывая в его книжку, и восхищенно вздохнул. От мальчика пахло солнцем и цветами. – Красиво как... А я никогда не умел рисовать. Нарисуешь мне что-нибудь в подарок? А я сплету для тебя венок из цветов. Я заведую садом – это прозвучало так гордо. – Практически целыми днями там... Заходи, когда тебе разрешат гулять? Я могу показать тебе мой цветочный уголок, о котором никто не знает. – Он улыбнулся так солнечно.

Все-таки общения среди ровесников ему не хватало. А Луис был таким симпатичным и милым, что хотелось с ним подружиться.

Юноша улыбнулся в ответ открыто. Столько было солнца в этом маленьком монахе-послушнике, что сразу с сердца спали все опасения.

– Обязательно нарисую, – пообещал он. – Но боюсь, меня не выпустят, – добавил он, чуточку нахмурившись и сжимая пальцы, ногти врезались в ладошки. – Ваш аббат держит меня в заточении. И еще Кристиан. – Юноша покраснел, вновь вспомнив, как к нему прижималось горячее тело. – Скажи, что здесь происходит? Можно ли отсюда сбежать?

– Сбежать? Ты хочешь сбежать? Но.

.. – Сей даже растерялся. Сам он никогда не хотел сбегать. Даже после тех вещей, что с ним сделал аббат, он хотел остаться – монастырь был его домом. – Я не знаю... Я никогда не думал о таком. Мне некуда бежать. – Он улыбнулся. Это была не совсем правда. Как сбежать, он знал прекрасно. Только не хотел. Но показать свой секрет Луису, который хочет сбежать... Нет, он не мог так поступить. Особенно потому, что не знал главного – зачем? – Для меня монастырь – это дом. Тут, конечно, свои правила и порядки, но каким бы он ни был, я его люблю. Мне некуда идти. – Он взял руки Луиса в свои. – Я поговорю с аббатом. Может, он разрешит тебе иногда бывать в моем саду? Сидеть все время взаперти это ужасно. А сейчас мне пора бежать. Не говори никому, что я заходил хорошо? – и Сей отпустил его руки, торопливо улыбаясь и скрываясь за дверью, что бы запереть замок и спрятать заколку в волосах.

Тяжело вздохнув, Сей повернулся, собираясь уходить и раздумывая над тем, что он пробыл слишком много времени в комнате аббата.

.

***

Утром Легрэ проснулся ни свет, ни заря, наспех умылся, побрился и, надев чистые одежды, отправился к аббату Себастьяну. Ему необходимо было поговорить о Луисе, и если повезет, это произойдет до встречи с братом Микаэлем. Брат Микаэль... У Кристиана зубы сводило от злости при одном воспоминании прошлого вечера. “Сам виноват, – корил себя Легрэ, идя длинными, путанными коридорами, – слишком мягко веду себя с монахами, вот и не удивительно, что в монастыре завелся воришка. Распустились совсем. Страх потеряли”.