Смерти никого из братьев я не хочу, как и умопомешательств... Тем более в такое неспокойное для нашей обители время.

Микаэль вновь потянулся за свечкой, чиркнул огниво и зажег пламя, которое сразу же окрасило более чем скромную келью теплыми красками. На стенах заплясали причудливые тени, и брат Кристиан казался одной из них. Вот только не мягкой и теплой, а мрачной и холодной, несущей опасность и неприятности. Опустившись на кровать, Микаэль подтянул ноги к груди, накидывая одеяло и на голову, закутываясь полностью – весенние ночи все еще были холодными, а мерзнуть монах не терпел.

Легрэ молча закрыл дверь, подошел к Микаэлю и, скрестив руки на груди, встал в изножии кровати.

– Хорошо, что вы, наверное, понимаете, чем все это нам грозит, – каверзно заметил Легрэ. Однако он не собирался исходить ядом. Не сейчас. – Что это за зелье? Как именно оно действует? За какое время? И есть ли от него противоядие? И, в подробностях, брат Микаэль, – Кристиан слегка сощурился, – чтобы мне не приходилось ничего уточнять дважды.

Микаэль, не поднимая ни головы, ни взгляда, отвечал тихо, старался эмоций совсем не показывать:

– Это не яд.

Это всего лишь лекарство в умелых руках. А в руках злых может много бед принести... Настой почти из двадцати трав... Я не могу вам состав сказать – отец-настоятель знает почему. Действует быстро – хватит и пары капель, и разговоров правильных для нужных мыслей, но, для полного разрушения сознания – надо пить седмицу... Противоядие? Как такового нет... Только у тех, кто с детства разные травы правильные пил. Что еще знать хотите?

Монах плотнее закутался в одеяло, еще ниже опустив голову... Спать хотелось неимоверно. А разговоры вести – совсем нет.

И почему было утром не прийти? Специально же разбудил.

– Даже не представляете, сколько я хочу знать, брат Микаэль. Например, как так могло получиться, что зелье пропало, если ключа от вашей травной в монастыре всего три? Но об этом вы расскажете уже аббату Себастьяну, – продолжал ерничать Легрэ, едва удерживаясь от рукоприкладства. У него просто руки чесались кому-нибудь врезать. – В каком флаконе был настой? Имеет ли он вкус, цвет и запах? Когда вы видели его в последний раз и кто заходил в вашу травницу после этого?

“Злится? Ну, злись.

.. Это остальных братьев будешь пугать, а мне бы выспаться...”

Микаэль даже не шелохнулся, лишь покрепче сжал подол рубашки под одеялом, что б не нарушить свое смирение.

– Вот вам, брат Кристиан, и надлежит узнать, как так случилось. Мой ключ при мне. Я ведь только из поездки вернулся... До отъезда все было на месте. Пропадали только разные травы и недорогие настои из общей лекарской комнаты. А этих флаконов было три – все из темного толстенного стекла. Пахнет снадобье мелиссой. Но, запах слабый совсем.