– Ты не видел падре Себастьяна?

– Где? – мужчина поелозил по столу, якобы пытаясь встать, а сам продолжил тем временем, – так в какой руке-то ведро носил? Ногу покажи, наверняка синяк себе набил!

Вытащив, наконец, письмо, Николай оглядел его:

– Ой! Луис, извини!

Его серые глаза смотрели на юношу очень растерянно и виновато.

– Все со мной в порядке, – юноша покосился на Этьена, который наблюдал за происходящим с возросшим интересом и молчал. – Спасибо за заботу, брат Николай. Так вы не видели падре Себастьяна... Я сам найду.

Николай продолжал мять в руках бумажку.

– Ты лучше к нему в келью загляни, скоро обеденное время, он должен быть у себя. А так может быть где угодно, зачем тебе за ним по всему монастырю бегать?

– Письмо отправить, – Луис таки забрал свое послание. – Я, наверное, скоро уеду, – добавил он, пожав плечами. Надеюсь на это.

– Что, у нас настолько плохо? – не удержался от вопроса Этьен. Происходящее не сказать чтобы сильно ему нравилось и “принцу крови” он скорее симпатизировал, но сейчас его высокомерие было, на взгляд библиотекаря, не особенно к месту.

– Хорошо, – ответил Луис.

– Мне очень нравится... Простите, я... – юноша покраснел и бросился к выходу.

– Этьен, пойдем-ка в твою комнату, здесь могут появиться лишние уши, – ответил Николай, проводив юношу тяжелым взглядом. Ухватив за локоть библиотекаря, мужчина буквально потащил его за собой. Рядом с ним Этьен выглядел маленьким, хрупким и беззащитным, но горе было тем, кто подумал бы, что это правда.

Келья Этьена располагалась в здании библиотеки, в дальнем от входа, но пройти просто так в нее было нельзя. Незнающему человеку пришлось бы сильно поплутать среди лабиринта стеллажей со старыми фолиантами.

И в любом случае он бы обязательно натолкнулся хоть раз на какие-то странные веревки, связывающие шкафы между собой. Любое прикосновение к ним заставляло звонить колокольчик, висящий в келье брата библиотекаря, так что незамеченным никто не мог прийти.

– Этьен, – начал Николай, когда они пришли в келью, – нам нельзя отпускать этого мальчика.

В этот момент дверь со скрипом открылась. Двери не смазывались специально – лишние предосторожности не помешают.

– А, это ты, Кристиан, – расслабился Николай, стаскивая с руки кастет, в который за минуту превращался его нательный крест.

– Секретничаете? – Легрэ шагнул через порог и, не обратив внимания на своеобразное оружие русича, заставил себя холодно улыбнуться Николаю, после приветственно кивнул брату Этьену. Кристиан отряхнул ладони друг о друга таким брезгливым жестом, будто все последние полчаса таскал кого-то за шкирку. В синих глазах блестели искорки иронии и любопытства. – Какого мальчика нельзя отпускать? – спросил он. – И куда?

– Луиса.