Просто один звонок, — вот уже десять минут, как Юнги просит у сидящего рядом на балкончике Кайла телефон.

— В сотый раз повторяю - нет. Тебе запрещены все контакты с внешним миром. И эти глаза-блюдечки на меня не действуют, — усмехается Кайл, видя, как омега старается склонить его на свою сторону.

— Ну попроси его, — Юнги злится, что приходится говорить о ненавистном альфе. — Спроси, может, разрешит.

— Сам проси. Тебе удобнее, вы же наедине тут торчите все время, — говорит альфа.

— Не буду, — бурчит омега. — Мы вообще с ним не разговариваем, и просить я его ни о чем не буду.

— И напрасно. Уверен, будь ты с ним немного поласковее или хоть сострой ему такую же рожицу, как мне сейчас, и он все тебе разрешит. Но ты же у нас «мистер гордость», мистер «я не сдам своих позиций», вот сиди и мучайся, а я своего сегодня на ужин веду, так что отчаливаю, — альфа встает с кресла и проходит внутрь.

Юнги еще пару минут вглядывается в темное небо над морем, а потом идет спать. Вот только сон не идет. Мин думает о своей семье, о доме, о Чонгуке. Юнги невыносимо скучает по родителям и другу, ну, может, еще немного по Джину, но просить Намджуна он точно не будет.

Лучше уж сдохнуть в одиночестве. И, в конце концов, омега не уверен, что Ким бы согласился, и, возможно, не сам факт того, что надо просить, а боязнь получить отказ, не дает Юнги даже открыть рот. Омега еще пару минут ворочается и, наконец-то, проваливается в сон.

***"

"Чжуна еще утром предупреждают о визите «гостя». Намджун не сверяет часы, не спрашивает разрешения и наиболее удобного для президента времени приема. Его человек просто звонит в администрацию и ставит секретаря в известность, что в такое-то время Ким придет.

Чжун мог бы пойти на принцип и отказаться от встречи, или хотя бы просто покинуть кабинет, сославшись на важные дела. Но с Намджуном лучше не бодаться. Поэтому Чжун сидит у себя в кабинете, отбивает пальцами по столу и ждет. Намджун пунктуален. Ровно в три часа дня секретарь провожает гостя в кабинет президента. Ким проходит к креслу напротив стола Чжуна и присаживается.

— Ну и как идут дела в нашем чудесном государстве? — улыбаясь, спрашивает альфа.

— Мне смутно верится, что ты пришел поговорить со мной о стране, учитывая, что именно ты и такие, как ты, ведут ее ко дну, — Чжун не скрывает раздраженности.

— Я хочу увидеть своего сына. Я хочу знать, как он.

— Как грубо, — хмыкает Ким. — Твой сын жив и здоров. Пока. Но ты прав, я пришел по делу. Мне нужен мой человек, который, я уверен, по какой-то ошибке сидит под заключением, — Намджун с вызовом смотрит в глаза президента. — Так вот, я хочу, чтобы к завтрашнему дню Ли Джунсу был на свободе.

— Он убийца. И сел он, пойманным на месте преступления.