– Родители сказали, что вы здесь просто лентяи и воры. Вы воруете время у боженьки, сказали они. А потому что таких, как вы, слишком много, поэтому у других людей и не хватает времени, сказали они. И я не должен больше сюда приходить. Потому что стану таким же, как вы.

Опять некоторые кивнули, потому что им говорили то же самое.

Джиги взглянул на всех по очереди:

– И вы тоже так про нас думаете? Почему же вы тогда приходите?

После короткого молчания Франко сказал:

– Мне наплевать. Я все равно стану карманником, говорит мой старик. Я на вашей стороне.

– Ах, вот как? – сказал Джиги, приподняв брови. – Значит, вы считаете нас ворами?

Дети смущенно уставились в землю. Наконец Паоло испытующе посмотрел в лицо Беппо:

– Мои родители никогда не врут, – сказал он тихо и еще тише спросил: – Разве вы не воры?

Тут старый Подметальщик Улиц поднялся во весь свой не слишком внушительный рост, поднял вверх три пальца и произнес:

– Еще никогда-никогда в жизни я не украл у господа бога или у ближнего своего и самой малой частицы времени. Клянусь богом!"

"– Я тоже! – добавила Момо.

– И я тоже! – серьезно сказал Джиги.

Дети молчали под сильным впечатлением сказанного. Никто из них не сомневался в правдивости слов трех друзей.

– А вообще сейчас я вам вот что скажу, – продолжал Джиги. – Раньше многие люди с удовольствием приходили к Момо, чтобы она их выслушала. При этом они находили здесь самих себя, если вы понимаете, что я хочу этим сказать. Но теперь они об этом больше не думают. Раньше они и меня приходили слушать. И тогда они забывали себя. И этого они теперь тоже не хотят. У нас нет больше на это времени, говорят они. И для вас у них тоже не стало времени. Ну-ка? Подумайте? На что именно у них не хватает теперь времени?!

Он прищурил глаза, потом продолжал:

– Недавно я встретил в городе одного старого знакомого, парикмахера Фузи. Я его давно не видал, я не узнал его: как он изменился. Стал каким-то нервным, брюзгливым, неприветливым. Раньше он был хорошим парнем, здорово пел, и послушать его было интересно, обо всем имел свое мнение. А теперь у него вдруг времени не стало. Сам на себя человек не похож. Это уже не Фузи, а только его тень. Был бы он один такой, я бы просто подумал, что он спятил. Но куда ни посмотришь, всюду видишь таких же. Их становится все больше. Теперь и наши старые друзья стали такими же. И я спрашиваю себя: может, сумасшествие тоже заразная болезнь?

Старый Беппо кивнул.

– Я уверен, – сказал он. – Это своего рода зараза. – Момо была ошеломлена.

– Но тогда, – сказала она, – тогда мы должны нашим друзьям помочь!

Еще долго в тот вечер обсуждали они, чем тут помочь. Но о Серых господах и их неутомимой деятельности они, конечно, ничего не подозревали.