А ведь номерные миноносцы еще мельче, тонн по сто пятьдесят – вот и приходилось скрежетать зубами, когда эта шпана сновала мимо нас туда-сюда.

Но вот с того момента, как нас подкрепили Владивостокским отрядом, положение изменилось с точностью до наоборот. Скрежетать зубами теперь пришлось господину Камимуре. И все потому, что прямо на его глазах Корейский пролив был перекрыт наглухо, а он и слова против сказать не мог. Нет, один на один, по правилам линейного сражения, четыре броненосных крейсера Камимуры кратно сильнее трех броненосных и одного бронепалубного крейсеров Иессена. Шесть восьмидюймовок в бортовом залпе у русского отряда – это значительно меньше шестнадцати у японского. При этом почти никакого значения не имеет примерное равенство количество шестидюймовых орудий. В поединке броненосных кораблей роль играет только главный калибр. В нашей истории преимущество японской эскадры было ярко продемонстрировано во время боя в Корейском проливе 1-го августа 1904 года, когда при данном соотношении сил Владивостокский отряд (без «Богатыря») потерпел поражение от эскадры адмирала Камимуры, броненосный крейсер «Рюрик» погиб, а «Россия» и «Громобой» получили тяжелые повреждения.

Теперь Камимура и рад бы выйти из базы на Цусиме, чтобы разделаться с дерзкими северными варварами, но не может, потому что боится морского демона, таящегося в подводной засаде, то есть нашего «Кузбасса». Наслышан, однако. Зато мы с удовольствием наблюдаем (то есть наблюдали), как контр-адмирал Иессен низводит и курощает японское судоходство в Корейском проливе со вполне приличных величин, низведя его в течение суток примерно до нуля. Теперь через пролив никто никуда не идет, не бежит, не ползет и даже не плывет, ибо все японское давно уже приплыло (и в основном на дно), а нам в той Японии пока ничего не надо."

"Теперь есть подозрение, что японцы на остатках каботажного тоннажа могут попытаться наладить переправу значительно севернее этих мест – например, между одним из портов западного побережья острова Хонсю и корейским Вонсаном. Но, во-первых, Вонсан – это сейчас глухое захолустье, рыбацкая деревушка без всякой портовой инфраструктуры и подведенных сухопутных коммуникаций, а во-вторых, в зависимости от японского порта отгрузки расстояние, на которое требуется перевозить войска, увеличивается втрое-вчетверо. В любом случае Карл Петрович обещал послать «Богатыря» с «Леной» сбегать проверить – не назревают ли в Идзумо, Майдзуре, Цуруге, Фукуи, Комацу и Канадзаве какие-то нехорошие движения. А то как-то подозрительно – уже два дня в проливе тишина как на кладбище.