Вот я и собрался в путь, поднимая своего серпанса, и усаживаясь в удобное углубление для наездника.

Но тут Лёня вновь опозорился, не выдержав тягот тыловой службы:

- Давай лучше я к мосту смотаюсь, а? Это не в пример проще, чем вновь оставаться с этими карапузами. Если они опять ныть начнут – не выдержу! Брошусь в речку!.. С моста!..

- Пока вахту не сдашь – никаких прыжков! – обломал я ему все мечты. – А потом, прыгай себе сколько угодно, хоть без парашюта.

С тем и уехал. Возле седловины утроил осторожность, приближаясь к точке обзора медленно, не спеша.

Как, оказалось, зря перестраховывался, в мою сторону из местных аборигенов никто не смотрел. Потому что внизу, как раз перед баррикадой, готовилось к показу увлекательное представление под простецким названием «Мордобой». Пока ещё там только ругались, но уже начинали размахивать руками. Но какие типажи оказались задействованы в творящемся безобразии!

Начать с того, что противостояли друг другу две группы аборигенов, совершенно разных рас, строений и вида. Те, кто охраняли мост, смотрелись карикатурными, тощими, но весьма высокими индивидуумами.

Рост колебался от двухсот двадцати, до двухсот пятидесяти сантиметров. Уродовали их длиннющие руки, впалая грудь, узкие плечи, слишком длинная шея и длинные носы с горбинкой, выделяющиеся на узких лицах, словно вырезанных из камня. У меня возникло странное сравнение этих «худых» - с ощипанными грифонами. Впоследствии удалось выяснить, что их самоназвание было сродни «люди», но в моей классификации они так и остались «грифонами»."

"Одевались они все вполне цивилизованно. На ногах обтягивающие брюки, заправленные в щегольские полусапожки.

У каждого пояса, как минимум с одним кинжалом, а то и со шпагой. Рубашки ярких расцветок чаще прикрывались жилетками из чёрной, дублёной кожи. Ну и на головах – вся палитра головных уборов: от шляп, напоминающих ковбойские, до разноцветных тюбетеек. Виднелись, в том числе и кепки с панамками.

Представителей этой расы в поле зрения виднелось довольно много. Пятнадцать лучников с двухметровыми луками стояли на верхней кромке баррикады. Десяток с копьями наизготовку и с треугольными щитами стояли возле ворот.

Ворота оставались открытыми, внутри тоже просматривалось какое-то движение. Ну и около двадцати грифонов, вооружённых кто как, полукольцом окружало площадку для переговоров. Именно так я охарактеризовал слабо огороженную редкими камнями округлость, прямо посреди тракта.

С другой стороны, этакой длинной колонной расположились йети. Именно колонной: двое на площадке, трое за ней, за их спинами – ещё трое с копьями, дальше - ещё три заслона по два мохнатых существа в каждом.