Кроме Эвы, на торжестве предполагались сэндвичи с индейкой и сыром, огуречный салат, торт со взбитыми сливками и ванильное мороженое. А также кузина именинницы Маргарет, десяти с половиной лет, умеющая левой ноздрей выдувать мыльные пузыри.

– А правой что она умеет? – заволновалась Эва.


Беатрис неопределенно пожала плечами и сделала страшные глаза.

Эва скинула матери таинственную смску: «Mommichka, i need many bubbles for my nose», снисходительно поколотила мальчика Гарри (снова лез целоваться) и, проигнорировав кружки танцев, художественной гимнастики и шитья, убежала играть в футбол.

Каринка явилась на продленку без «мени бабблз фор май ноз». За что и поплатилась. Расстроенная Эва заявила, что домой без мыльных пузырей не поедет, и вцепилась в футбольные ворота. Увещевать отцепиться прибегала вся продленка и даже охрана. Потерпели сокрушительное поражение. Земля бы налетела на небесную ось, если бы им удалось ее убедить.

Спустя час переговоров тренер готов был отказаться от ворот.

– Заберете ее домой с воротами, благо размеры вашего багажника позволяют!

– Зачем забирать ворота, если можно просто кого-то прямо здесь закопать и тем самым решить проблему? – задумчиво спросила Каринка.

Ехали домой в абсолютной тишине.

– Вообще-то за убийство детей сажают в тюрьму! – объявила за ужином Эва.

– Уверена, меня оправдают, – отрезала Каринка.

Спать легли рано.

Бостонское утро застало Эву за нанесением макияжа. Пудра, немного блеска для губ – нагнетать не нужно, мать от вчерашнего еще не отошла. Да и соседку миссис Марию жалко. На той неделе Эва довела ее до громкой икоты, намазюкавшись блескучими тенями по самые локти.

Наряд выбирала недолго – поджимало время, скоро зазвенит будильник: бархатное платье, лосины в горошек, мамины сапоги на каблуках, замшевые, мягкие, можно голенищем пыль с подоконника протирать, можно ножницами в меленькую лапшу покрошить, а можно серебристым фломастером накарябать запретное слово на букву «f», которому научил класс тихий мальчик Тимоти (веснушки, жеваные шорты, круглые очки, кто бы мог подумать).

– Надеюсь, вы его не запомнили, – обратилась она к ученикам, до блеска оттерев доску.

"– Конечно, запомнили! – по-военному браво прогремел класс.

На аксессуары ушла целая вечность. Эва остановила свой выбор на желтой кожаной сумочке и платке с белым павлином, который буквально вчера дорисовала мать. Платок был рождественским подарком для тети Наринэ, но Эва рассудила, что от тети не убудет, если она разочек выйдет в ее подарке в свет.

Набрызгавшись духами и нацепив на нос солнечные очки, она бесшумно выскользнула во двор.

– Не ну ты представляешь? – рассказывала мне вечером с негодованием Каринка.