Один раз я хотела помочь мальчику, чей портфель они разрезали — собрать учебники и тетради, которые посыпались на пол при первых двух шагах. Мне было жаль Эрика, он был одной из самых частых мишеней. Но моя помощь была отвергнута, причем довольно грубо. Эрик сказал учителю, что это я испортила его вещи. Конечно, я не собиралась быть наказанной вместо кого‑то, и все отрицала. Я не сказала, что знаю, кто это сделал, просто отстаивала свою непричастность."

"Проверили всех учеников и у Джонни в кармане нашли складной нож. Сразу стало ясно, кто за этим стоит. Было долгое разбирательство, нашей компании нехило досталось.

Ребята обвинили меня во всем, назвали предательницей. Я так не считала, но и потерять их не хотела. После долгих извинений с моей стороны, мы вроде бы смогли все уладить. Так я думала…

Складываю записку в несколько раз и, хватая кружку, иду на кухню, чтобы выбросить первую и вымыть вторую. Не нужны мне никакие новые друзья.

* * *Спешу в свою комнату — два часа уже давно истекли, а значит, Дерек может вернуться в любую секунду. Телефон оповещает меня о новом сообщении. Падаю на кровать. Догадываюсь, от кого, так что не тороплюсь открывать. Мама звонила в среду, а родители связываются со мной через день по очереди. Не знаю, специально они договорились, или нет, но я уже выучила их расписание.

«Привет, детка. Как ты?»

Стандартное приветствие отца. Когда я внезапно стала Мией, он начал называть меня «детка», чтобы не путаться.

«Привет. Хорошо».

«Еще не надумала вернуться?»

Тяжело вздыхаю. Отец прямолинеен до жути. Я вся в него, но как же это раздражает иной раз.

«Нет».

«Нужны деньги?»

«Нет».

«Ты можешь вернуться в любое время».

«Никогда».

Отбрасываю телефон и зажмуриваю глаза, впиваясь ногтями в ладони. Да как он может? Куда мне возвращаться? Зачем? Смотреть, как мама каждый день запивает таблетки вином, а после по несколько часов ругается с ним по телефону? Быть канатом, который каждый из них тянет на себя? Родители поделили уже все, что только можно. Кроме меня. Наверное, они уже оба жалеют, что по закону просто не могут разрубить меня пополам.

Из‑за того, в какой университет мне идти, мать с отцом чуть не подрались прямо во дворе. Даже не подумав спросить меня саму, куда я хочу поступить. В итоге отец победил и, слава богу, до рукоприкладства так и не дошло.

Условия были такими: университет выбирает он, но живу я только с мамой. До этого каждую неделю приходилось менять дом, но не обстановку в целом. Находясь у отца, я выслушивала, какая плохая мать, и наоборот. Поэтому…

Обвожу взглядом комнату, и одинокая слезинка скользит по щеке.

Здесь я буду жить так, как хочу. Одна…

— Я вернулся! — слышится крик из коридора.

Ну, почти одна…

Зачем он это делает? Ведь совсем не обязан.