Вы же знаете, я умею удивлять своих мужчин.

Она сделала длинную паузу, чтобы повысить температуру нетерпения Самохина, погреться и получить наслаждение. И в это время нельзя было не то что торопить ее, а и дышать.

— Представьте себе, — уже чуть хрипловатым, удовлетворенно-низким голосом продолжила Принцесса, — к одному забавинскому камнерезу по фамилии Власов приходит весьма пожилой человек и приносит редчайшую сиреневую жемчужину…

И просит распилить. А догадываетесь, зачем?.. Не спешите, ответ непростой.

Теперь следовало играть в поддавки.

— Чтобы вставить в серьги, например.

И подарить жене.

— Вариант хороший, но неправильный.

— Сдаюсь, Диана Васильевна.

— Для того, чтобы достать песчинку. Вы же знаете, как зарождается жемчуг внутри раковины?

— Любопытно, — не сразу и сдержанно произнес Самохин.

— Видите, я уже заинтриговала вас… Камнерез выполнил заказ, вынул эту самую песчинку и вручил клиенту. Тот заплатил за работу аж двести долларов и плюс отдал оставшуюся половинку жемчужины. За молчание.

— Эта песчинка представляет какую-то ценность?

— О ценности погодите, — Принцесса не любила, когда ее перебивали и разрушали тщательно выстроенный монолог.

 — На следующий день этот человек снова пришел и принес… четыре тысячи семьсот двадцать девять таких же редкостных… уникальных по цветам перлов. Сколько поместилось в рюкзак. Вдумайтесь в эту цифру, Сергей Николаевич.

— Вдумался.

— Нет, вы еще не вдумались. Это нужно видеть. В камнерезной мастерской стоит стол с бортиками и на нем — гора белого, голубого, черного, розового и даже золотистого жемчуга. А какой величины, Сережа?.. Даже для бывалых из нашей конторы людей зрелище потрясающее.

Что-то мистическое. И дело не в ценности… Но более всего потрясает, как сидит рядом человек, преспокойно сверлит и выковыривает из каждой крохотное ядрышко. Как будто из лесных орехов… Ну, напрягли воображение, господин аналитик? Вам уже хочется в город Забавинск? Или все еще жаль расставаться с лекарями, магами и шарлатанами?

— Что там делают люди из вашей конторы?"

"— Ничего. Стоят, смотрят и облизываются. У них по жемчугу ничего нет. И по Интерполу все чисто. Принадлежит он частному лицу, личность установлена — некий Сумароков Федор Кириллович, семьдесят один год, житель деревни Хоста, Забавинского района.

Отчество этого человека напомнило Самохину въедливого внука Допша, и отчего-то по спине пробежал холодок.

— Фамилия звучная…

— Человек абсолютно не криминальный, в юности закончил художественное училище, палехская роспись. Всю сознательную жизнь работал реставратором в мастерских города Забавинска…

Самохин не сдержался и во второй раз забежал вперед, чего Леди Ди терпеть не могла.