Теперь вы – глава этой кафедры, и именно вы принимаете все решения. Не будьте болваном.

После чего ушел, захлопнув за собой дверь.

Мистер Келпи, невысокий пухленький человечек в коричневом клетчатом костюме и твидовой бабочке, выглядел так, словно вдруг забыл, как здесь очутился: он лихорадочно моргал, крошечные пальцы теребили висящее на цепочке пенсне. Джасперу он сразу понравился: с виду этот мистер Келпи, с его большими любопытными глазами и носиком пуговкой, был наимилейшим существом. Наимилейшим существом с влажными манжетами.

Потеющие руки мистера Келпи не укрылись от пытливого взгляда Натаниэля Доу. Кто-то невнимательный мог бы решить, что мистер Келпи нервничает или чего-то боится, но доктор тут же отметил прочие, едва заметные признаки того, что этот человек чем-то болеет. О чем он тут же осведомился.

– Вы весьма наблюдательны, доктор, – кивнул мистер Келпи. – У меня болотная лихорадка. Подхватил в одной из экспедиций.

– Что вы принимаете?

– «Лекарство Гиблинга». Профессор… гм… глава нашей кафедры его изобрел, когда я заболел. В состав входят надпочечники жаб и еще много чего такого, что я и не осмелюсь озвучить…

– Этот господин, который ушел, – сказал Джаспер, кивнув на дверь, – очень раздражен чем-то.

– О, это профессор Грант с кафедры Ботаники. Он изучает плотоядные растения: росянки, мухоловки и прочие… хм… хищные сорняки. У него очень… непростой характер – в одной из экспедиций Карниворум Гротум откусил ему руку, и после этого он стал… – Мистер Келпи замолчал не в силах подобрать слова, после чего, так их и не подобрав, заговорил о другом: – Сейчас, впервые за многие годы, он получил финансирование и собирает новую экспедицию. Она отправляется через две недели, и он хочет, чтобы лепидоптеролог стал ее участником. Я прошу прощения за его поведение – страстная, увлекающаяся натура. Вы работаете с полицией?

Мистер Келпи надел на нос пенсне и с сомнением поглядел на Джаспера – даже через увеличительные стеклышки ему не удалось различить в мальчишке констебля.

У доктора Доу вопрос вызвал на лице целую бурю эмоций, вложенную в лаконичное приподнимание левой брови. Он едва сдержался, чтобы не ответить, что он думает о полиции в целом и о некоторых ее представителях в частности. Вместо этого холодно сообщил:

– По воле случая мы с Джаспером оказались в том купе, где был найден профессор Руффус. Именно я проводил осмотр тела. Скажем так, мы здесь, чтобы выяснить причины гибели профессора и отыскать виновника произошедшего.

При этих словах мистер Келпи заметно вздрогнул и бросил быстрый взгляд на зашторенное окно.

– О, бедный-бедный профессор Руффус! – запричитал он.