Может, все будет не так уж и страшно. Она просто ляжет и позволит ему делать то, что он хочет.

Бэзилу на это требовалось не больше пятнадцати минут.

Хорошо бы Рейф Пендрагон тоже делал все быстро. Она велела кучеру вернуться за ней в четыре и ждать у шляпного магазина на Бонд-стрит. Сейчас без четверти два — времени полно.

Испугавшись, что Пендрагон уже испытывает нетерпение, Джулианна торопливо скинула платье и аккуратно повесила его в гардероб. Потом начала тянуть и дергать шнуровку на корсете и ослабила ее достаточно, чтобы стянуть и его тоже. И осталась практически раздетой, в одной сорочке и шелковой нижней юбке.

Оставаться совсем без одежды Джулианна не желала, молясь, чтобы Пендрагон не потребовал от нее появиться перед ним полностью обнаженной. Даже Бэзил не настаивал ни на чем подобном — ни разу за все пять лет брака.

Чулки она снимать не стала, чтобы ноги не замерзли. Волосы были заколоты в аккуратный узел, и Джулианна понадеялась, что они не слишком растреплются — без помощи горничной, Дейзи, она не сможет привести их в порядок перед возвращением домой.

Понимая, что более готовой к предстоящему она уже не будет, Джулианна отогнула тяжелое атласное покрывало на кровати и забралась под простыню.

Сердце едва не выскакивало из груди. Джулианна вздохнула и крикнула:

— Можете войти!

И, чувствуя, что от волнения ее подташнивает, уставилась на дверную ручку. Та медленно повернулась.

Глава 5

Неизвестно, чего ожидал Рейф, но только не того, что увидел по другую сторону двери.

Джулианна походила на ребенка, и это выбивало его из колеи. Ее темные глаза были широко распахнуты, в них плескалась неуверенность. Не знай Рейф, что это не так, он бы решил, что перед ним не вдова, а невинная девушка. Но ведь она действительно вдова, напомнил он себе, и прекрасно знает, чего ей следует ждать, знает все об интимных отношениях мужчины и женщины.

У него будет прекрасная любовница, размышлял Пендрагон. Нет ничего лучше, чем смотреть на женщину, забывшуюся в чувственном удовольствии, слышать ее хрипловатые вздохи и выкрики наслаждения, когда она испытывает оргазм, лежа в его объятиях.

Он рассчитывал, что будет часто слышать, как Джулианна Хоторн стонет и кричит от наслаждения.

Ослабив галстук, Пендрагон сорвал его с шеи и бросил на кресло. Дожидаясь в гостиной, он успел снять сюртук и жилет и скинуть башмаки. И решил, что остальную одежду — рубашку и панталоны — снимать не будет. Если все пойдет так, как надо, он надеялся уговорить Джулианну помочь ему раздеться."

"От этой мысли мужское естество болезненно заныло, а панталоны внезапно сделались очень тесными — он представил себе, как ее маленькие ручки гладят его обнаженное тело, обнимают его, ласкают. У него уже довольно давно не было любовницы.