Джулианна, нервничая, сглотнула и заставила себя продолжать:

— Я понимаю, что это был ваш дом задолго до того, как я в него переехала, и что вы привыкли поступать по-своему. Однако теперь это придется изменить. Я хозяйка этого дома, а значит, отвечаю за весь домашний уклад. Надеюсь, вы прислушаетесь к моей просьбе.

— Почему вы выкинули Дракона из своей постели? Что-то не похоже это на добрую жену.

Джулианна едва не лишилась дара речи. Прошло довольно много времени, прежде чем она сумела взять себя в руки.

— Мои отношения с вашим хозяином вас совершенно не касаются, — произнесла она ледяным тоном, — и я буду благодарна, если вы станете придерживать свой дерзкий язык. А если нет, возможно, вам придется подыскивать себе другую службу.

— Дракон меня не прогонит. Мы с ним дружим еще со времен дока.

Джулианна вздрогнула, понимая, что он прав. Но она не могла допустить такого вызывающего поведения.

— Возможно, и так, — сказала она, — но вам лучше не испытывать моего терпения. Если вы будете и дальше проверять меня на прочность, посмотрим, чья возьмет.

Глазами черными, как смола, он смотрел на нее, кажется, целую вечность. А потом внезапно расплылся в широкой улыбке:

— А вы смелая, миссис. Мне это нравится. Очень нравится. Ладно, я оставлю в покое эту важную шишку, дворецкого, и всех ваших лакеев, раз уж у них поджилки трясутся. Пусть успокоятся!

«Значит, он делал все это нарочно, — подумала Джулианна. — Я так и предполагала».

— Благодарю за такую жертву, — произнесла она вслух.

Он рассмеялся:

— Всегда, пожалуйста, миссис. Я же знаю, что вы носите маленького Пендрагона, поэтому не буду устраивать вам не приятностей. Будущие матери должны жить спокойно.

— Это все, Ганнибал.

Он дернул подбородком и вышел.

Джулианна медленно пошла вслед за ним. Около парадной двери стояли Мартин и оба лакея. Все трое тревожно смотрели на нее.

— Все в порядке миледи?

— Все хорошо. Начиная с этой минуты за подъезд отвечаете только вы.

Они радостно просияли.

— А теперь пусть подадут мою карету. Все трое кинулись выполнять поручение.

Спустя несколько часов прозвенел колокольчик, и Джулианна вышла из лавки модистки, держа в руке небольшой сверток с длинной лентой вишневого цвета. Все еще думая о шляпке, которую она собиралась украсить этой лентой к празднику, Джулианна не замечала джентльмена, шедшего по мостовой, до тех пор, пока едва не наткнулась на него.

Торопливо схватив ее за руку, он помог Джулианне устоять на ногах и сказал:

— Прошу прощения, мэм, с вами все в порядке?

Она подняла глаза и увидел знакомое лицо.

— Лорд Саммерсфилд! Ради всего святого, простите мою неуклюжесть. Я чуть не сбила вас с ног.

Он улыбнулся:"

"— Вижу, вы ходите по магазинам. Одна?

Она покачала головой:

— Нет, вместе с леди Невилл.